«Брекки — куда угодно!» — белый дракон поднял голову и сделал шаг в сторону молодой женщины; глаза его ускорили вращение.
С лица Брекки как по волшебству исчезли печаль и безысходность.
— Неужели, Джексом, ты позволишь..?
Этот вопрос, произнесенный задыхающимся от волнения и благодарности голосом, был Джексому дороже всякой награды.
Он взял ее за руку и подвел к белому дракону.
— Тебе нужно спешить, если мастер Робинтон...— юноша не смог договорить — от одной мысли об этом горло его судорожно сжалось.
— Спасибо тебе, Джексом. Спасибо, Рут,— Брекки возилась с пряжкой шлема, потом, не попадая в рукава, торопливо натянула тунику и застегнула ремень. Наконец, она была готова. Рут подставил ей плечо и оглянулся, желая удостовериться, что она надежно уселась.
— Я сразу же отправлю Рута назад. Нет-нет, только не позволяйте ему уходить, не давайте заснуть!— эти слова были адресованы далеким драконам.
«Мы не позволим ему уйти»,— заявил Рут. Он быстрым движением ткнулся другу в плечо и взвился в воздух, засыпав Джексома и Шарру сухим песком. Едва оторвавшись от земли, он исчез из вида.
— Джексом!— голос Шарры так дрожал, что юноша тревожно повернулся к ней.— Что могло случиться? Ведь не мог же Т’кул настолько обезуметь, чтобы наброситься на мастера Робинтона?
— Насколько я знаю Главного арфиста, он сам вполне мог влезть в схватку, чтобы попытаться ее остановить. А ты са-ма-то знакома с ним?
— Больше понаслышке,— закусив губу, ответила девушка. Судорожно вздохнув, она вздрогнула всем телом, борясь с одолевающими ее страхами,— Мне о нем много рассказывали Пьемур и Менолли. Конечно, я видела его в нашем холде и слышала, как он поет. Что за удивительный человек! Ох, Джексом, эти Древние просто спятили! Они сами не ведают, что творят — пропащие люди,— погрузившись в свои тревоги, она склонила голову ему на плечо. Юноша нежно привлек ее к себе.
«Он жив!»— услышал Джексом слабый, но уверенный голос Рута.
— Шарра, Рут говорит, что он жив.
— Он должен жить, Джексом. Просто обязан! Понимаешь — обязан!—Как бы подтверждая свою мысль, она после каждой фразы ударяла кулачками по его груди.
Джексом поймал ее руки и улыбнулся, глядя в распахнутые сияющие глаза.
— Он будет жить, будет, я просто уверен, и пусть наша уверенность ему поможет!
В этот совершенно неподходящий миг Джексом остро ощутил трепет прижавшегося к нему гибкого тела Шарры. Сквозь тонкую ткань сорочки он чувствовал ее тепло, ощущал стройное бедро рядом, прижавшееся к его коленям, вдыхал аромат ее волос, пахнущих солнцем и цветами, которые она заткнула за ухо.
Смятение, мелькнувшее на лице девушки, подсказало ему, что она тоже осознает эту внезапную близость — и, пожалуй, впервые с тех пор, как он ее узнал, испытывает смущение.
Он разжал руки, готовый по первой же просьбе отпустить ее. Ведь она не Корана, не простушка из холда, готовая выполнить любую прихоть своего лорда. Он не мог относиться к Шарре, как к случайной возлюбленной, с которой можно удовлетворить мимолетную страсть. Она слишком дорога ему, чтобы подвергать риску их и без того непрочные отношения. Джексом прекрасно понимал — скорее всего, Шарра сочтет, что его чувства объясняются благодарностью больного за уход и заботу. Он и сам не исключал такую возможность; однако, хорошенько все обдумав, понял, что дело куда серьезнее. Слишком многое в этой девушке привлекало его — от волнующих звуков дивного голоса до уверенного прикосновения рук. Как он мечтал, чтобы эти руки ласкали его! За последние дни он узнал о ней довольно много, но ему страстно хотелось знать о ней гораздо больше... Знать все! Его поразило ее отношение к Древним — да и вообще она его постоянно удивляла. Наверное, это тоже составляло часть ее очарования — Джексом никогда не мог с уверенностью сказать, что на произнесет или сделает.
Он выпустил Hlappy из объятий и, бережно взяв за плечи, повел к навесу, где они еще совсем недавно с такой беспечно-
стью предавались детской забаве. Нежно, но настойчиво нажав ей на плечи, он заставил девушку опуститься на циновку.
— Кто ведает, Шарра, сколько нам с тобой придется ожидать вести, что мастер Робинтон вне опасности...
— Скорее бы узнать, что там случилось! Если только наш-арфист пострадал от руки Т’кула...
— А если бы от руки Т’кула пострадал Ф’лар?
— Ф’лара я мало знаю... Конечно, мне было бы жаль, если б с ним что-то случилось,— она поджала под себя ноги, и Джексом сел рядом, почти касаясь ее плечом.
— Всем нам грозит беда, если Предводитель Бендена будет убит,— промолвил Джексом.— Ведь он — это Перн!
— Ты так думаешь?— Шарра как будто ждала, чтобы ее уговорили.— Я никогда его не видела...
«Здесь много драконов и много-много людей,— сообщил Рут, голос его звучал по-прежнему слабо, но отчетливо.— Скоро прилетит Сибел, а Менолли не может».
— Это Рут с тобой говорит? — подавшись вперед и схватив Джексома за руку, взволнованно спросила Шарра. Он накрыл ладонью ее пальцы, призывая девушку к молчанию. Закусив губу, она впилась взглядом в его лицо. А он продолжал слушать Рута, то и дело кивая, чтобы успокоить Шарру.
