Было заведено, что никто не смеет беспокоить его в те часы, когда он занимается Рутом. Только теперь Джексом вполне оценил всю прелесть этой, пусть кратковременной, свободы. Обычно он обихаживал дракона рано утром или поздно вечером — чистил его и смазывал кожу маслом. Раз в четыре дня они с Рутом отправлялись поохотиться — белому дракончику полагалось питаться чаще, чем его более крупным сородичам. И всегда за Рутом увязывались файры — неизменные участники его трапез. Большинство владельцев имели обыкновение кормить своих питомцев с рук, но файры обожали свежую, только что убитую живность, и люди давно махнули рукой на эту их привычку. Непредсказуемые существа эти огненные ящерицы! Никто не сомневался, что с момента Запечатления они нежно привязывались к своим владельцам, однако порой ими овладевали внезапные страхи и причуды, и они часто исчезали, иногда надолго. А возвратившись, вели себя так, будто никакой отлучки не было — разве что передавали какие-то невероятные картины.
Джексом знал, что сегодня Рут не прочь поохотиться — он ясно чувствовал его растущее нетерпение. Посмеиваясь, юноша натянул тяжелую летную тунику и влез в меховые сапоги, попутно вежливо поинтересовавшись, что Рут желает на обед в этот раз.
— Птицу, мясистого самца с равнин — я сыт по горло жесткими горными тварями!— Рут фыркнул от отвращения.
— Тогда отправимся на западные луга,— сказал Джексом, перешагнув порог вейра.
Рут легонько ткнулся носом Джексому в грудь, и тот через толстую тунику ощутил его прохладное дыхание. В огромных глазах дракона сверкали красные искры — признак здорового голода. Приблизившись к тяжелым металлическим дверям, выходившим во двор конюшни, Рут распахнул их сильным толчком передних лап.
Руатанские файры, уловив настроение Рута, возбужденно носились кругами, предчувствуя скорый пир. Джексом оседлал дракона и послал его вверх. Старый коричневый, восседавший на скалах, пожелал им счастливой охоты, а его всадник приветственно взмахнул рукой.
Кроме десятины, получаемой от холдов, все шесть Вейров содержали собственный скот и огромных нелетающих птиц для прокорма своих драконов. Впрочем, ни один из лордов не имел ничего против, если какой-нибудь всадник изредка заимствовал быка из его стад. Поскольку Джексом сам являлся лордом и имел законное право на все имущество Руата и относившихся к нему малых холдов, его охотничьи вылазки воспринимались подданными как знак благоволения. Лайтол был спокоен — его питомец отлично знал, как распределять свои экспедиции, чтобы не особо обременять фермеров.
Нынче утром Джексом дал Руту ориентиры богатого лугового поселения, где, по словам Лайтола, хозяин откармливал птиц к весеннему забою. Когда Джексом с Рутом появились в небесах, холдер как раз самолично объезжал на скакуне свои владения. Он учтиво приветствовал юного лорда, который в ответ начал традиционные расспросы о здоровье, поголовье стад и упитанности несушек.
— Могу я просить тебя кое о чем напомнить лорду Лайто-лу,— наконец, сказал он, и в его голосе Джексом уловил скрытую обиду.— Я уже не раз обращался к нему за яйцом огненной ящерицы — как холдер и самостоятельный хозяин я имею на это право, да и польза была бы немалой. Как мне получить хороший выводок, если змеи да землеройки снова подберутся к кладке? Из-за них я теряю пять-шесть яиц на круг. Файры держали бы этих тварей на расстоянии.. Они здорово помогают моему приятелю с Лысого озера, да и другие тоже их хвалят. Файры, лорд Джексом, очень полезные зверушки. Ну, подумай,— я управляюсь со своим холдом уже двенадцать Оборотов, разве я не достоин получить ящерицу? Палон с Лысого озера давно отмечен... а ведь он владеет холдом всего Оборотов десять, не больше.
— Просто ума не приложу, Теггер, почему тебя обошли. Я прослежу, чтобы в следующий раз тебе обязательно послали яйцо.
Теггер хмуро поблагодарил и предложил Джексому поохотиться среди стада упитанных самцов, что паслось на дальнем конце ровной луговины. Он хотел, чтобы его птицы пострадали как можно меньше — спасаясь от дракона, они могли сразу сбросить семидневный привес.
Джексом поблагодарил хозяина, Рут тоже добродушно курлыкнул, от чего теггеров скакун встал на дыбы, едва не сбросив седока. Теггер злобно ударил животное промеж глаз, чтобы привести его в чувство.
«Не думаю, чтобы Теггеру удалось запечатлеть файра»,— решил про себя Джексом, вскакивая Руту на шею.
Рут был вполне согласен со своим другом. «Однажды у него было яйцо. Малышка ушла в Промежуток, да так и не вернулась».
— А ты откуда знаешь?
«Мне рассказали файры».
— Когда?
«Когда это случилось. Просто я только что вспомнил,— в голосе Рута звучало неприкрытое самодовольство.— Они вообще рассказывают мне много интересного, когда тебя нет поблизости».
Только сейчас Джексом заметил, что с ними нет обычной свиты разноцветных ящерок — а ведь Рут отправился на охоту! Жаль... Он вовсе не настаивал, чтобы Бранд навсегда избавил его от их общества.
