Бомбардировки возобновились. Повстанцы покидают улицы. Всеобщее беспорядочное бегство. Скоро никто уже не будет в безопасности.
И когда он собирается выбежать из тупика в поисках какого-нибудь подвала, я хватаю его за руку.
— Ты мне доверяешь?
Вокруг нас царит война, мятеж. Хаос во всем своем великолепии. А в его глазах — еще хуже. Бомба взрывается в нескольких улицах отсюда, и мы невольно подпрыгиваем. Я кладу ладони на его щеки и встаю на цыпочки, чтобы поймать его взгляд.
— Ответь! Ты мне доверяешь?
Он с трудом сглатывает, опускает веки, а потом молча кивает. Когда мои ладони скользят до его ушей, по его маске текут слезы, но он не сопротивляется мне. Я снимаю с него Серьги, и появляется молчаливая Тикки. Она уже поняла, что я собираюсь сделать.
Когда я опускаю руки, сжав Серьги в ладонях, он хватает меня за правую руку, нежно целует пальцы. Потом медленно снимает мое Кольцо. Мой костюм исчезает, и я тоже вздрагиваю под ветром, полным пыли и серы. Плагг покорно отлетает, покачиваясь.
Короткое мгновение он колеблется, прежде чем протянуть мне Кольцо. А потом обнимает меня — так крепко, что у меня перехватывает дыхание.
— Я люблю тебя.
Со слезами на глазах я обнимаю его в ответ. Он плачет, прижавшись ко мне. Я в последний раз насыщаюсь его запахом, его теплом. С комом в горле я шепчу:
— Я знаю. Поцелуй за меня детей.
Я отталкиваю его, не в состоянии больше ничего сказать, не в состоянии посмотреть в лицо — иначе я откажусь, это точно. Я убегаю из тупика. Судя по гудению, которое нависает и разрастается, бомбардировщики уже возобновляют попытки.
— Тикки… Плагг?
Тикки молча зависает рядом со мной. Плагг на моем плече шмыгает:
— Мы рядом, девчуля. Мы всегда будем рядом.
Слезы катятся по испачканным пылью щекам. Держа по Камню Чудес в каждой ладони, я шепчу:
— …Трансформируйте меня.
?
Ветреный пляж. Море насколько хватает глаз. Вражеские паруса повсюду, до самого горизонта.
Галоп моей кобылы, энергичный и быстрый. Ее копыта, погружающиеся в песок и разбрасывающие его на каждом шагу.
Мой лук за спиной. Мой меч, который хлопает меня по бедру. Мой тугой колчан на плече. Позади меня на полной скорости несется — рокочущая и кричащая — вся моя армия.
Первые триремы(5) начинают причаливать. Они переполнены пехотинцами и наемниками, готовыми к рукопашной. Взбудораженная, я стискиваю зубы. Это сражение обещает быть захватывающим!
С самого большого корабля спрыгивает черная фигура, встает среди волн и бежит к берегу во взлете пены. Я взглядом спрашиваю одобрения Тикки, уцепившейся за мое плечо.
— Это он?
Ее большие синие глаза распахиваются, потом она решительно кивает:
— Да, это он!
— Отлично! Тикки, трансформируй меня!
Меня накрывает аура моей квами. Некоторые в моих рядах начинают кричать еще громче — злобно, возбужденно:
— За Ипполиту! Нашу королеву!
Я получаю больше грубой силы, остроты зрения и скорости — я знаю, что если бы спрыгнула с лошади, то двигалась бы быстрее нее, но я предпочитаю сохранить несколько козырей про запас. Я отпускаю поводья, хватаю лук, кладу стрелу на тетиву. Все вокруг меня делают то же самое. Тетивы звенят, дыхания напрягаются.
— Амазонки, слушай мою команду!
Черная фигура застыла, обнажив меч и приготовив щит, прочно утвердившись на ногах. Пехотинцы уже окружают ее. Я киплю.
Ты имел дерзость прийти за мной на мой остров. Твой квами скоро будет наш.
Кто кого, Носитель Тени!
1572
Безлунная ночь.
Всё молчаливо, и я тоже.
Притаившись наверху крепостной стены, чутко прислушиваясь, я считаю секунды, за которые часовой дойдет до Западной стены. Ровно двадцать, а потом он поворачивается и возвращается обратно. Этого мало, чтобы добраться до центра гигантской площади и здания, которое там возвышается, и я терпеть не могу передвигаться без прикрытия. Но если я смогу избежать убийства этим вечером, меня бы это устроило.
Или скорее, это устроило бы ее. Я раздраженно закатываю глаза. Она и ее принципы… Если бы это зависело только от меня, миссия была бы уже завершена — в тишине и море крови, с катаклизмом в виде бесплатного приложения, чтобы уничтожить дверь этой резиденции и взять то, что принадлежит нам по праву. Но я обещал ей, а что нам останется, если мы не сможем верить даже друг другу, Носителям?
Короче. Главным образом у меня нет выбора, кроме как быть честным, поскольку она хорошо бьет. Чума на эту напарницу. Надо было по-настоящему отстранить ее, или хотя бы бросить дело и убраться из столицы. Счастье для нее, что она хорошенькая.
…И это замечание целиком мое. Неважно, что по этому поводу думает Плагг.
Часовой несколько мгновений греется возле жаровни в центре двора, потом вздыхает. Наконец, он разворачивается. Я тут же прыгаю с крепостной стены, мягко приземляюсь в тени — часовой не реагирует, продолжает удаляться тяжелым шагом. Нервничая, я срываюсь в бешеный бег к центру. Напрягаю мышцы, готовый запрыгнуть на крышу резиденции, когда вдруг… СОСРЕДОТОЧЬСЯ, НОСИТЕЛЬНИЦА!
Я вздрагиваю. Резко вдыхаю.
Плагг?!
Удар, внезапный. Хлопок разбитого стекла. Меня отбросило назад.
