— Не знаю. Может и убить. — он погладил меня по голове, приобняв. Я свернулась калачиком у него на груди, сидя на коленях. — Не переживай. Я постараюсь оттянуть ваше знакомство, а сюда глава просто не может проникнуть.
— Почему ты все это делаешь?
— Потому что я люблю тебя, глупый вороненок. Я готов ради тебя на что угодно. — он поцеловал меня в макушку. Мне было приятно это слышать, ведь и я тоже что-то к нему чувствовала. Он казался мне родным, таким добрым и милым. Но я люблю и Нейла. Что это за бред? Нет. Это нужно остановить. Как же тихо… Ворон и голубь молчат, моя альтер-эго не подает признаков жизни. Почему?
— Эй, голубки, я вынуждена вас прервать. — зашла в комнату Лайтин. Я открыла глаза, смотря на нее с неприязнью. — Колден, пропала Хьюри. Ее нигде нет.
— Я знаю, где она. — неожиданно для себя выдала я. Все взгляды переметнулись на меня. Колден отпустил меня, позволяя встать. Я прикрыла глаза и увидела картинку: Хьюри нападает на… на… на Нейла, но какой-то дед кинул что-то мелкое, и она исчезла. Она отправилась в… пустоту.
— И где она? — со злостью и нетерпением крикнула Фейрон, появившаяся за спиной брюнетки.
— В Пустоте. Она напала на Нейла и какого-то деда, но ее забрала пустота.
— Она… — шатенка переваривала информацию. — Она мертва?
— Нет, ее поглотила пустота. — тихо прошептала Лайтин.
— Это хуже смерти… — прошептала Фейрон и направила на меня свой ярый взгляд. — Это все из — за тебя! Кто следующий?! — она завопила и вцепилась мне в волосы, повалив на кровать. Я легко отбросила ее, впечатав в стену, а затем подошла к ней и звонко ударила по щеке.
— Там и твое место. — выплюнула я и вышла в столовую — живот готов был исполнять серенады. Иногда надо быть сильной.
Я смотрел в окно на кровавый закат. Эли бегала рядом. Жители города постепенно оправлялись от шока, а потому город оживал. Севел работал над его защитой, а я сидел. Я хотел завыть от одиночества и тоски. Птичка, птичка… В золотой клетке. Я ждал с нетерпением, когда остальные созреют для действий.
— Эли, осторожней с котенком. — услышал я звонкий голос сестры. — Нейл… — она подошла, положив на мое плечо руку. — Не переживай. Мы найдем ее.
— Я без нее не могу. Мне очень плохо. Как тогда, когда мы исчезли… Я чувствую себя запертым.
— Она, наверняка, тоже скучает.
— Меня беспокоит и другое. — я прикрыл глаза. — Она рядом с гончими, а там Колден, который положил глаз на мою птичку. Мою.
— Ревнуешь? — сестра рассмеялась, а я лишь насупился. — Да Лейла в тебе души не чает! — она шепнула мне на ухо следующую фразу: Она ведь даже от стриптизера на девичник отказалась.
— Я тоже. — я улыбнулся, вспоминая тот безумный мальчишник. Все началось с того, что мы собрались в баре, думали просто выпить и поговорить. Но потом… Мы знатно напились, что уже и не соображали. От стриптиз-бара я отказался, поэтому мы пошли в бильярд. Там сначала поиграли, но потом мои друзья решили, что я обязан станцевать на бильярдном столе, раз отказался от стриптизерши. Какая нелепость-только так можно описать то, что творилось на бедном столе. Что ж, затем мы решили покататься на машине. Меня еще напоили и посадили за руль. Я не знаю, как мы не разбились. Гоняли на скорости 200+ км/ч, мы смеялись, как идиоты. Затем приехали к пруду. Замерзшему пруду. Вообще-то, свадьба и мальчишник были зимой. Но это нас не остановило. Севел притащил откуда-то кувалду и начал долбить лед. Он был не столь крепкий, поэтому вскоре меня кинули в самодельную прорубь. Потом там уже купались все. А затем мы все, мокрые, холодные и пьяные сидели в отделении полиции. Лейла пришла нас забирать, с возмущением смотря на этот пьяный цирк: Я пытался встать на голову, меня поддерживали, а Севел все это снимал. После я заболел, за что Лейла хотела меня убить, но все — таки лечила. Ходила мимо в коротенькой сорочке, кормила бульоном, время от времени давала сиропы, таблетки, измеряла температуру и ворчала. Моя милая Лейла… И как я только мог поехать туда, ведь был уверен, что это подстава. Раньше я ревновал ее к дочери, думал, что я уже никто, хотел хоть как-то проявить себя. Как же глупо!
— Я вызываю Нейла, прием! — сестрица щелкала перед лицом пальцами.
— Я задумался о счастливых временах.
— Скоро все пройдет. — сказала Хеливин, смотря в окно. — Осталось совсем немного. Месяц — два.
— Это много. Я не вынесу два месяца без птички.
— Я не сказала, что вы будете не вместе. Я о гончих.
Ночью…
Резкий грохот заставил распахнуть глаза и встать с кровати. Рядом спала Эли и комочек шерсти. Я вышел из комнаты птички и наткнулся на Севела.
— Что это было? — одновременно спросили мы друг друга. Я заметил Снера, который тоже проснулся от этого шума. Услышал я сирену, раздавшуюся на весь город — наша система безопасности. Только этого не хватает!
— Ну почему сейчас? — сказала сонная сестра, проклиная гончих. Невыспавшаяся сова очень опасна. — Дайте мне пулемет, черт бы побрал этих гончих!!!
