Карлоса необходимо поймать. Не надо щадить усилий, чтобы добиться этого. Если удастся, надо его взять живым. Вискарра сам придумает для него наказание. Это должно быть смертью, но не мгновенной. Нет, дикари равнин будут его учителями. Сиболеро умрет как пленный индеец: на огне, на костре. Вискарра клянется в этом.
После Карлоса очередь за его матерью. Ее считают ведьмой. И ее надо казнить как ведьму. В этом случае ему не придется действовать одному. Священники поддержат его. Ведь все они склонны к такой изуверской жестокости.
Тогда сестра останется одна, о ней некому будет позаботиться. Она окажется всецело в его власти, и он сделает с ней все, что ему заблагорассудится. Никто не помешает ему. Это не любовь, а месть.
Мысли, одна другой мрачнее и ужаснее, проносились в мозгу несчастного негодяя.
Робладо также жаждал смерти сиболеро. Его гордость была задета, так как он знал теперь, что Каталина любит Карлоса и любима взаимно. Он успел посетить ее со времени трагического происшествия в крепости и заметил очевидную перемену в ее обращении с ним. Он надеялся восторжествовать над своим соперником, клеветнически называя его «убийцей», но, хоть она и не сказала ничего в защиту Карлоса, она вместе с тем не выказала никаких признаков негодования по поводу происшедшего. Злобные нападки Робладо, как и брань ее отца, казалось, причиняли ей боль. Было ясно, что она заступилась бы за Карлоса, если бы смела.
Робладо заметил все это во время своего утреннего визита.
Но он узнал еще больше, так как приставил к Каталине шпиона. Одна из ее служанок, Виченца, которая почему-то невзлюбила свою хозяйку, проявила вероломство, вступив в сношения с ее воинственным поклонником.
Деньги и лесть, и солдат-возлюбленный, которым оказался Хозе, помогли найти доступ к Виченце. Робладо получал через Хозе сведения о Каталине. Хотя эта система слежки была учреждена лишь недавно, но уже успела принести плоды. Так, благодаря шпионажу Робладо узнал, что Каталина ненавидит его и что она любит другого. Кто был этот другой, не знала даже Виченца. Но Робладо и сам легко мог угадать имя своего соперника.
Поэтому нет ничего странного в том, что он мечтал захватить в плен и убить Карлоса. Он жаждал этого не меньше, чем сам Вискарра.
Оба употребляли всевозможные усилия, чтобы добиться исполнения своего желания. Уже были разосланы по различным направлениям партии разведчиков.
По городу было развешено объявление – результат соединенных усилий коменданта и капитана, – предлагавшее значительное вознаграждение за голову сиболеро и еще более крупное – за поимку его живым.
Горожане, желая показать свое усердие и верноподданнические чувства, вывесили подобное же объявление, обещавшее внушительную сумму, собранную ими по подписке, – целое состояние счастливцу, которому удастся захватить в плен Карлоса. Это объявление было подписано всеми видными гражданами города, и имя дона Амброзио стояло на первом месте! Поговаривали даже об организации отряда волонтеров в помощь солдатам, чтобы преследовать еретика-убийцу, или, вернее, чтобы получить золото за его голову.
Было загадкой, каким образом Карлос мог до сих пор оставаться в живых при такой опасности, угрожавшей ему на каждом шагу.
Робладо был занят придумыванием планов поимки Карлоса. Он уже послал своих самых надежных шпионов в нижний конец долины, где они должны были находиться день и ночь. Все сведения о сиболеро или о тех, с кем он состоит в переписке, должны были немедленно доставляться Робладо, и он щедро платил за них.
У дома молодого ранчеро Хуана поставили стражу, и хоть Вискарра и Робладо решили держаться по отношению к ранчеро особенного образа действий, они все же сошлись на том, что не следует тревожить его раньше времени. Шпионы, привлеченные к делу, были не солдатами, а горожанами и бедными ранчеро, хотя в распоряжении коменданта находился военный отряд. Присутствие вооруженных солдат поблизости ранчо Карлоса уничтожило бы весь план. Вискарра и капитан не без основания полагали, что это могло бы вспугнуть дичь и помешать ей вернуться в свое гнездышко. Нельзя не сознаться, что эта мысль была вполне разумна.
Робладо, как мы уже сказали, был занят своими приготовлениями. Стук в дверь оторвал его от чтения одного из документов. Он разбирал сообщения, только что полученные от шпионов и адресованные как Робладо, так и коменданту. Все эти донесения касались интересующего их дела.
– Кто там? – спросил Робладо.
– Это я, капитан, – ответил резкий, скрипучий голос. Робладо, очевидно, узнал его, так как сейчас же крикнул:
– А, это ты? Входи же!
Дверь отворилась, и в комнату вошел маленький смуглый человечек, одетый в солдатский мундир. У него была крадущаяся, шаркающая походка, и вообще он весь был похож на рысь. Он держался униженно и раболепно приветствовал своего начальника. Этот человек как нельзя лучше подходил для той роли, которую он играл, помогая Вискарре и Робладо: это был солдат Хозе.
– Ну, что скажешь? Видел Виченцу?
– Да, капитан! Мы встретились прошлой ночью.
– Есть новости?
