– Он у нас теперь заядлый садовод, купил землю и маленький домишко в пригороде. Маму зовёт, но та ради огорода с работы уходить не хочет. Теперь вот живут врозь. Но отец ей всё равно посылки присылает: то ящик помидор вышлет, то огурцы, зелень и цветы. Папа-то не знает, но мама с большой радостью всё это берёт. Похоже на то, что у них снова конфетно-букетный период, а если быть точнее, то помидорно-букетный, – улыбаясь, ответила Милослава.
– Твой отец всегда твою маму очень любил, а она, сколько её помню, всегда вредничала, – ухмыльнулся Лобанский.
– Дядь Егор, а почему у вас детей нет?
– Не может потому что моя жена детей иметь… – грустно сказал Лобанский.
– Прости… а если взять из детдома? – пыталась приободрить его Милослава.
– Не могу я, понимаешь. Приходили мы в этот детдом, много там детей, но не могу я ни к кому даже прикоснуться… вроде же дети… но боюсь их. Я же не знаю, кем они вырастут.
– Вырастут тем, кем воспитаешь. Ну ты же меня как-то принял?
– Ты просто упёртая, как и твой отец. Думаешь, я по собственному желанию с тобой сидел? Я же тебя поначалу и в туалете запирал, чтобы не мешалась. А когда ещё ползать только умела, делал тебе вольер из подушек.
– Трудный ты человек, Егор Давыдович… сам с собой не дружишь. Я-то знаю, что ты добрый и смешной. Человек, который делал вместе со мной снаряды из шариков с водой, а потом кидался в прохожих, не может быть настолько нелюдимым, – завершила Милослава и обняла Лобанского.
– Вы чего там отстали? Пойдём на холм, вы только посмотрите, какие сегодня звёзды, – крикнул Райц.
– И правда красота! А побежали наперегонки?! – весело крикнула в ответ Милослава и рванула с места, дёрнув за локоть задумчиво смотрящего вверх Антона.
Лобанский, Фёдор Степанович, Норотов и Баянов медленно пошли пешком на холм, наблюдая несправедливую борьбу в догонялки.
– Мне кажется, её не догонят, – заявил Баянов.
– Конечно, не догонят, у неё аэродинамика на высшем уровне, – с улыбкой добавил Фёдор Степанович.
Собравшись на вершине холма, учёные веселились, разглядывая звёзды и играя в названия созвездий. Проигравший должен был присесть двадцать раз. Даже Лобанский принял участие, поскольку знал, что его проигрыш маловероятен. Тёплый ветер нежно окутывал вершину холма, создавая прекрасную атмосферу для такого вечера.
– Коллеги, так нечестно, это совсем не моя специализация! Я так скоро опять есть захочу, – Милослава, проиграв в очередной раз, принялась приседать.
– Ничего-ничего, покормим, – смеялся Фёдор Степанович.
– Ты же сама предложила эту игру, – задиристо ответил Баянов.
– Я думала, Райц будет проигрывать, – закончив приседать, Милослава взглянула на еле заметную в темноте полоску таёжного леса.
– И не надейся. У меня очень обширные познания в астрономии, я же как-то хотел отправиться в кругосветное путешествие по морю, – гордо улыбался Райц.
– СМОТРИТЕ! – шёпотом крикнула Милослава, указывая пальцем на лес.
Учёные, соскочив с земли, стали пристально смотреть в тайгу.
– Это…? – не верил своим глазам Лобанский.
– Нужно срочно отправляться в тайгу. Мы и так изрядно задержались. Андрей, скорректируй план экспедиции, а я и Лобанский поговорим с дедом Прохором, – нервно проговаривал Райц, ходя по комнате из стороны в сторону.
– Успокойся, нужно всё тщательно обдумать и спланировать, – пытался угомонить его Лобанский. – Всегда всему есть научное объяснение, и очень скоро, думаю, я его найду.
– Милослава, а ты чего молчишь? Ты же должна всё знать, – нервничал Райц.
– Всё, что я знала, вы уже сами увидели, ничего большего я сказать не могу, – тихо ответила она.
– Ты явно что-то недоговариваешь. Откуда ты знала фамилию Антона до того, как мы сюда приехали? – продолжал Райц.
– В прошлый раз я должна была поехать с ним, но меня задержала другая работа, а точнее, меня задержали эти же люди, сделав так, что выезд из города стал для меня невозможен, – резко ответила Милослава.
– Кто эти люди? – спросил Баянов.
– Я толком не знаю, сама впервые столкнулась с ними пять лет назад. Мне просто «везёт» натыкаться в своей работе на то, что не должно быть предано общественной огласке, – Милослава стала нервничать и попыталась удалиться из комнаты.
– У меня есть предположения, кто они, но сейчас это не так важно. Я правильно понял, Милка? – вступился Лобанский.
– Да. Мне не хочется заморачивать вам головы своими догадками. Я знаю одно: сюда они точно никогда своих людей не направят. Сейчас они хотели направить меня одну, но тут выяснилось, что Антон не сдался и собирает команду, и всё повернулось так, как есть, – она развела руками.
– Я тогда ждал тебя часа три на остановке, но потом ко мне подошли и сказали, что ты не приедешь. И я направился один. Возможно, думали, что я вообще не вернусь, – сказал Антон.
– Эх, спрашивать, почему вы нам сразу всё не рассказали, я думаю, здесь бессмысленно, – улыбнувшись, резюмировал Фёдор Степанович.
– Так что делаем? – спросил Баянов.
– Готовимся выступать в экспедицию на поиски снежного человека! – заключил Райц.
