Ефим, увидев панику учёных, молча сходил за санями. Гул в ушах не прекращался всю дорогу. Лобанский видел, что Ефим сам был без сил: порой у него закатывались глаза и он уже было почти падал в обморок, поэтому Лобанский подпёр его своей спиной. Спустя какое-то время Ефим собрался с силами и громко закричал, крепко сжав посох в руках, даже звон в ушах не смог заглушить этот крик. Вихрь тут же охватил сани и мгновенно вытолкнул прямо к зимовью.
Медведь ревел и крутился возле Ефима, который был уже без сознания, при этом тащил за собой сани. Фёдор Степанович и Лобанский взяли Ефима под руки и понесли к зимовью. Баянов, Райц и Милослава, выбежавшие на рёв медведя, не могли понять, что произошло. Все вернувшиеся были в саже и ничего не слышали, поэтому громко перекрикивались. Норотов паниковал и не хотел выходить из саней, поэтому Баянову пришлось вытолкнуть его из них, а Райцу – проводить к дому. Милослава, отцепив медведя, попыталась его успокоить, но тот лишь огрызнулся на неё.
Спустя шесть часов слух постепенно начал возвращаться, наконец-то наступил долгожданный сон. В этот день никому не хотелось выходить из зимовья. Лишь к вечеру, когда Ефим пришёл в себя, обстановка стала налаживаться. Ефим был бодр и полон сил, чего нельзя было сказать об остальных. Его хорошее настроение хоть и казалось странным, тем не менее, снимало напряжение.
Погода, как нарочно, стала ухудшаться, снег падал огромными горстями, закрывая следы. Ефим снова ушёл задолго до рассвета. Лобанский взял на себя роль часового и по несколько часов стоял на улице, готовый тут же броситься на помощь, что не могло не сказаться на его здоровье.
Вечером Ефим вернулся без сил и упал на свою лежанку в бессознательном состоянии. Лобанского охватила высокая температура, и он тоже слёг.
– Так не может больше продолжаться, – шёпотом говорила сама себе Милослава, прикладывая холодное полотенце ко лбу Лобанского, – завтра я пойду с ним.
– Не вздумай! Толку от тебя всё равно не будет. Вдруг ещё сама пропадёшь, – прохрипел Лобанский.
– Будет, вы же сами знаете, на что я способна, – возмутилась девушка.
Ещё не начало светать, а Ефим уже тихо собрался и вышел за дверь. Милослава была наготове и тут же последовала за ним. Она старалась быть незаметной, пока они не уйдут достаточно далеко, чтобы Ефим не отправил её обратно.
Прошли мимо пещеры, где к ним присоединился Василий, и тут Ефим резко развернулся и пошёл в обратном направлении. Милослава спряталась между ветками густой ели, обняв её ствол и присев.
Ефим остановился прямо перед ней и легонько поставил посох на снег, медленно рисуя им круг, снова и снова. Снег стал подниматься вдоль посоха, нарастая, как смерч. Милослава замерла от удивления, но тут кто-то, подбежав сзади, схватил её за руку и затянул в этот снежный смерч. Их закрутила вьюга, Милослава не могла разглядеть лица её случайного спутника, пока их не выбросило в сугроб.
– Райц… ты как здесь?! – удивлённо крикнула Милослава.
– Тише говори, – шёпотом ответил он.
– Да знаю я, что вы здесь! – громко крикнул Ефим.
– Что это было? – Милослава осматривала посох Ефима. – Это волшебная палочка?
– Что видела, то и было, – неохотно ответил тот.
– А вы вообще о чём? – встрял Райц.
– Ни о чём, – хором ответили Ефим и Милослава.
– Да ладно вам, чего так на меня смотрите сурово? Пойдём искать Антона, – и Райц направился в лес.
– Ты куда пошёл-то? – крикнул вслед Ефим.
– Если человек потерялся, нам нужно тоже потеряться, но не по-настоящему, а в целях поиска, – бодро ответил Райц.
– Хмм… а в этом есть какой-то смысл, но пока я его уловить не могу, – согласилась Милослава. – Только тогда нам нужно потеряться именно так, как это сделал Антон, – и она посмотрела на Ефима.
– Да, я же это и сказал, – удивился Райц.
– Ладно, – тяжело вздохнул Ефим. – Только давайте в связке пойдём, чтобы от друг друга не потеряться.
– И Василий в связке? – настороженно спросил Райц.
– И Василий.
Обвязав друг друга верёвками, решили, что Василий пойдёт позади, так как его шансы заблудиться были меньше всех. В итоге первым пошёл Райц. Странная колонна бродила по лесу несколько часов.
– Кажется, подснежники растут, – вдруг сказала Милослава.
– Где? – резко остановился Райц.
– Вон же, там, где проталины есть, – Милослава указала на поляну с проталинами, где из-за сугробов едва виднелись белые бутоны подснежников.
– Красота… откуда здесь подснежники? В июле-то месяце.
– То есть сугробы снега тебя вообще не смущают? – ехидно подметила Милослава.
– Смущало только его количество, а не наличие. Давайте передохнём.
Ефим и Райц присели на упавшую сосну, а Милослава, отвязавшись от остальных, решила рассмотреть подснежники поближе.
– СТОЙ! – резко крикнул Ефим. – С дуба рухнула, что ли?
– Да ладно вам, до них всего метра три. Не потеряется, – успокаивал его Райц.
– Не говори о том, чего не ведаешь, – грозно упрекнул Ефим.
Милослава остановилась.
– Я верю, что идти мне одной опасно, но, может, в этом и смысл.
