Оба они отличались сообразительностью, но при этом были людьми с совершенно разным складом характера: Адамс — несгибаемый, прямой и любивший спорить; Франклин — обаятельный, молчаливый и любивший пофлиртовать. Адамс был твердым в своих моральных принципах и в приверженности определенному образу жизни, а Франклин славился игривостью. Адамс учил французский, погружаясь с головой в учебники грамматики и запоминая наизусть множество текстов погребальных речей. Франклин (мало интересовавшийся грамматикой) учил язык, развалясь на подушках в гостиных знакомых французских дам и сочиняя для них забавные короткие истории. Адамс чувствовал себя комфортно в противостоянии с людьми, а Франклин предпочитал соблазнять людей, и то же самое можно было сказать об их способах обращения с нациями. Адамс, которому на момент прибытия исполнилось сорок два года, был на тридцать лет младше Франклина и почти на пять лет младше сына Франклина Уильяма. Более чувствительный к оскорблениям, реальным и воображаемым, Адамс испытывал к Франклину очень сильные чувства. Временами его приводили в смятение беззаботность Франклина и его потворство своим слабостям. «Он испытывал зависть — и подозрение — к людям без резких граней характера, людям, легко вращающимся в возвышенных сферах», — писал об Адамсе историк из Беркли Роберт Миддлкауф в монографии «Бенджамин Франклин и его враги». — «Он был неспособен к непринужденным действиям и к проявлению легких форм лицемерия, которые помогают другим людям на протяжении всей жизни». Дэвид Маккуллог в своей мастерски написанной биографии Адамса высказывается о нем более сочувственно и взвешенно, но также указывает на сложность его отношения к Франклину[438].
Большинство обид Адамса было вызвано ощущением, что он постоянно оказывается в тени старшего коллеги. Франклин имел здесь «монополию на доброе имя и злоупотреблял ею до неприличия», — жаловался Адамс своему другу через несколько месяцев после прибытия в Париж. Но читая его неласковые высказывания в адрес Франклина, следует помнить, что время от времени он награждал нехорошими эпитетами всех, с кем встречался. (Например, однажды он назвал Джорджа Вашингтона болваном.) Несмотря на личные трения, Адамс и Франклин были прочно связаны присущими им обоим чувствами патриотизма и горячей приверженности делу независимости Америки.
Франклин укрыл Адамса под своим крылом в Пасси, записал десятилетнего Джона Куинси Адамса в тот же пансион, в котором учился Бенни Бейч, и стал приглашать коллегу на все светские и культурные мероприятия, которые посещал. В том числе и на знаменитую встречу с Вольтером в стенах академии. В первый же день пребывания Адамса в Пасси Франклин взял его на обед в дом бывшего министра финансов Жака Тюрго, а в последующие дни часто возил в салоны светских дам, обольстительные манеры которых приводили в восторг его самого и ужасали Адамса.
Еще более отвратительным казался пуританину Адамсу стиль жизни и работы Франклина. Его беспокоила мысль о том, какой будет цена их роскошного проживания в Пасси, но особенно он встревожился, когда узнал: амбициозный Шомон не берет с них арендной платы. Вскоре после своего прибытия Адамс написал в дневнике, как трудно заставить Франклина сосредоточиться на работе:
