На самом деле, мне не хотелось сообщать ему, что теперь-то уж я точно планирую торжественным шагом направиться на собственную казнь. Более того — я буду на ней настаивать, если вдруг обстоятельства изменятся и меня решат пощадить. Он-то как раз и хлопочет, чтобы наказание изменили, но мне этого не нужно. Потому что я решила, что круто быть героем, который спасает мир в одиночку. Хотя, на самом деле — нет. Я лишь почувствовала, что все идет определенным образом и я не должна сопротивляться этому. Похоже, моя роль здесь как раз в том и состоит, чтобы вовремя умереть. Вовремя для того, чтобы уничтожить это проклятое дерево … хоть бы еще узнать, каким образом. Ведь Маруф сказал, что я буду первой, на ком Орден опробует свою экспериментальную наработку — многоплодное Древо Чистоты … мичуринцы, блин, хреновы! Чтоб им руки повырывало до самых пяток! Но отступать уже поздно — я пообещала, и не кому-то, а одному из темных богов. Полагаю, остальные божества уже тоже в курсе. Возможно, и светлые боги сейчас потихоньку забивают себе места в первом ряду на это шоу. Что ж. Если так нужно — пойду и умру. Но Рандаргасту об этом знать не обязательно. Вон он какой нервный в последнее время. Да еще и подозрительно юлит вокруг меня, то приобнимет, то покормит … только больше не позволяет себе более откровенных вольностей, а это прямо жаль, мне понравилось. Я вообще начинаю подозревать, что этот парень занял мою душу и расположился там в полный рост.
Отложив столовые приборы, я внимательно изучила его уставшее лицо. Да. Так и есть. Поздравляю, Джуди, ты умудрилась втюриться в собственного охранника-инквизитора-следователя-спонсора. Короче, в Рандаргаста. И это до ужаса печально. Потому что теперь умирать не хочется в три, нет, в десять раз сильнее.
— Что? — Заметил он мой взгляд. — Наелась?
Я оглядела стол: похоже, я начинаю брать новые, рекордные вершины по объеданию. Да еще и на ночь.
— Кажется, я теперь не усну, — покачала я головой, — буду лежать и переваривать … примерно неделю. Рандаргаст, ты мог бы и доброе дело сделать — дать мне по рукам, например. Мне ж стыдно перед людьми будет, когда выведут к ним на …
Я запнулась, глядя как его взгляд моментально потух и стал тоскливым.
— Кстати, об этом, — каким-то далеким, отстраненным голосом произнес Рандаргаст, — завтра мне придется посадить тебя в клетку. Извини. Ты ведь, по идее, преступница, которую я конвоирую. Я и так слишком много тебе позволял вольностей, коня дал для верховой езды. Но в столицу ты должна будешь въехать в соответствии со своим статусом. Понимаешь?
Он пристально посмотрел на меня, видимо, ожидая очередной вспышки ярости. Но я лишь утвердительно качнула головой.
— Разумеется, Рандаргаст. Я это понимаю. Ничего, переживу.
Он потрясенно замолчал, откинувшись на спинку стула.
— Джуди, с тобой точно все в порядке? — С беспокойством спросил он. — Ты на себя не похожа!
— Я всякая бываю, — отмахнулась я.
— Ну … допустим. Я велел натянуть на клетку кожаный верх, чтобы тебя не мочило дождем. Вместо соломы перестелили свежее сено. И еще — там будет несколько теплых одеял.
Тут уже удивилась я.
— Сколько заботы, Рандаргаст! А тебя не начнут спрашивать — отчего это ты вдруг так заботишься об ужасной ведьме-убийце?
— Да наплевать! — Зло, отрывисто прорычал он, поднимаясь из-за стола. — Предлагаю не торопиться. Выспись как следует. Отдохни. Ты точно не хочешь рассказать мне где была?
— Точнее не бывает. Кстати, Рандаргаст … а ты не знаешь, что такое — арави́на?
Он молниеносно обернулся, и я услышала, как участилось его дыхание, хотя я все еще сидела за столом, а он уже стоял в дверях.
— Где ты слышала это слово? — С напряжением спросил он, глаза его потемнели еще больше. Я пожала плечами.
— Там, где занималась своими делами. А что? — Я невинно хлопнула ресницами.
— Да так … ты меня пугаешь просто такими вопросами. Аравина — это та, что меняет мир. Или аравин, мужчина, соответственно. Обычно это редчайшего дара маги, которым богами дозволено все и все прощается. Надеюсь, ты не хочешь сказать, что это ты?
— Нет, что ты! — Улыбнулась я и помахала ему рукой. — Спокойной ночи.
Рандаргаст двинулся в мою сторону, решительно бормоча себе под нос:
— Пожалуй, я провожу тебя до спальни. Заодно прослежу, чтобы ты снова не исчезла. Ты меня с ума когда-нибудь сведешь, Джуди!
— А разве ты не хочешь, чтобы я исчезла? — Намекнула я на его толстые попытки спасти меня. Рандаргаст уже вынимал меня из-за стола.
— Хочу. Но только так, чтобы я присутствовал при этом и знал куда именно ты исчезаешь.
С этими словами он принялся подпихивать меня в спину, вверх по ступенькам.
Я даже позволила Рандаргасту всю ночь крепко держать меня в объятиях понимая, что, скорее всего, это наша последняя ночь вместе. От этого мне делалось не по себе. Словно чувствуя это, Рандаргаст вздыхал, ворочался и прижимал меня еще крепче, бормоча сквозь сон мое имя.
