– Да, конечно. Совсем ничего сложного, – с наигранной легкостью согласилась с ним Светлана. – Только ты упустил одну маленькую деталь, милый лейтенант. Поверь. Очень, очень важную деталь. Я имею ввиду – талант. Если он есть – тогда тебе нечего бояться.
Женщина вновь залилась громким смехом и, виновато прикусив губу, чисто по дружески подмигнула «двойнику» Германа.
– Ну ладно, пошутили, и хватит! – неожиданно твердо и сухо произнесла она. – Герман, пожалуйста, не пытайся рассуждать о вещах, в которых ты ровным счетом ничего не смыслишь. То, о чем ты только что так глубокомысленно рассуждал, не имеет ни малейшего отношения к «мыслеграфике». По сравнению с ней – это просто детская шалость или что – то среднее между булыжником и каменным топором. Однако, не буду лишний раз задевать твое самолюбие. Лучше скажи: какое событие в твоей жизни произвело на тебя самое неизгладимое впечатление?
«Ну-ка! Ну-ка! – оживился Герман. – Что теперь ты на это скажешь, дорогой мой «двойничек»? Это же так просто! Ведь ты – это я. А значит, вспомнить все то, что когда-либо было в моей жизни – для тебя не проблема! Так, легкое напряжение памяти и…»
Герман отчаянно копался в закоулках своей необъятной памяти в поисках того, что действительно когда перевернуло всю его жизнь.
Многое что приходило ему на ум: война, «падшие ангелы», четыре «роковых» зубочистки, сладостные объятия Славы, Эльдорадо, Настя… Все это было. Но было для него слишком личным и он ни за что на свете не согласился бы обсуждать это с кем бы то не было.
Что же еще? Что? Что было в его жизни такого, чего он так и не смог никогда предать забвению?
Неожиданно в его памяти всплыли мрачные пещеры Плутона, смертоносный туман из кислотной слизи, бесконечный метеоритный дождь и девять человеческих жизней в полной его власти.
Он был всего лишь пилотом. Пилотом, которому было невдомек, что такое боль и страх. Пилотом, который в любую секунду был готов свести свои счеты с жизнью. А они…они были простыми рудокопами. У каждого из них были семьи, которые с нетерпением ждали возвращения своих отцов и мужей.
Его же никто не ждал.
И вот они оказались в одно и то же время в одной и той же точке вселенной – сумасшедший пилот и девять ни в чем неповинных и смертельно перепуганных колонистов. Одни – на краю ледяной пустыни. Одни – в темноте безжалостной и кровожадной ночи. Одни – перед лицом общей для всех опасности.
Но ему тогда повезло. Им тоже. Они выжили и навсегда улетели с Плутона. А он остался там. Еще на несколько месяцев. Десятки, сотни, а то и тысячи раз возвращаясь к тому самому злосчастному каньону, из которого ни он, ни его девять спутников уже не чаяли выбраться в ту ночь.
Там, на дне каньона, все еще валялись обломки его флатера, обожженные пламенем и кислотой. Рядом с ними все так же чернел и источал зловонный аромат труп «стерлинга», разорванный в клочья взрывом и изглоданный до самых костей ленточными «перевертышами». Все так же сверкали скафандрами тела их четверых товарищей, которым в ту роковую ночь так и не удалось выжить.
Герман в нетерпении взглянул на своего «двойника», ожидая услышать из его уст только что восстановленную им в своей памяти историю.
– Нет, не знаю, – неожиданно спасовал тот.
«Не может быть!» – вырвался из недр всего существа Германа возглас восторга и, одновременно удивления.
«Не может быть, – как молитву повторил он про себя. – Судя по всему, не все так просто!»
Тот, который сейчас занимал его, Германа, место в транссфере, как только что оказалось на практике, имел достаточно поверхностное и ущербное представление о личной жизни своего «оригинала».
Иначе, он никогда бы не рискнул так глупо и позорно сесть в лужу.
Лицо Германа озарила победная улыбка.
Для него это было пробуждение надежды. Это был его шанс. Шанс вернуться и вернуть себе тот мир, из которого его так беспардонно вышвырнули. И он ни за что на свете не собирался этот шанс упускать.
– Нет, не знаю, – вновь повторил «двойник» такую приятную для слуха Германа фразу.
– А я, кажется, знаю, – пришла ему на выручку Даяна. – Эта очень странная и невероятная история. Я услышала ее от своих родителей, когда мне было всего семь лет. И, честно говоря, до сих пор в нее не верю. Вы тоже в нее не поверите.
– Это не важно, – успокоила ее Светлана. – Главное, чтобы эта история действительно произвела на тебя неизгладимое впечатления и сохранилась в твоей памяти в образе мыслеформы. Все остальное – сделает за тебя АС-ДИЗАЙНЕР. Доверься ему. Он еще ни разу нас не подводил.
– Хорошо! – не без робкого сомнения в голосе согласилась женщина. – Пусть будет по Вашему. Так, кажется, в этой истории речь шла о маленькой девочке. Ее звали Алиса. Однажды она увидела свое отражение в зеркале и захотела прикоснуться к нему рукой. Ее маленькая рука самым невероятным образом не встретила преграды и…
