Как оказалось, он был неплохим художником. И вот теперь, неожиданно «разродившись» вернисажем своих графических работ, он сидел за столиком прямо напротив Германа и флегматично потягивал через соломинку холодный сок. В перерывах между смачными глотками живительной влаги Виктор развязно объяснял окружившим его молоденьким студенткам концепцию трансгиперсюрреализма в современном искусстве.
Справа от Виктора располагалась Ленка и Светлана. Они с наигранным интересом что-то обсуждали с Брахмой и время от времени, по очереди, заглядывали в сферический монитор его «СтереоНоутбука».
Семен бесцельно прохаживался между столами, приставая ко всем девушкам с одним и тем же вопросом: «Что они думают о том, чтобы устроить на станции собачьи, или, на худой конец, тараканьи бега? С настоящим тотализатором и всеми вытекающими из этого последствиями!?». Получив от своей очередной «жертвы» нечто невразумительное в ответ, он удовлетворенно щелкал пальцами, высокопарно декларировал, что и «он того же мнения», и с чувством честно выполненного долга переходил к следующему столику.
В отличие от своих товарищей Герман откровенно скучал и не находил себе места. Время от времени он тщетно пытался прислушаться к легкой болтовне Ленки со Светланой. То, в очередной раз поймав на себе недвусмысленный взгляд Виктора, ответить ему ласковой, но ничего не значащей улыбкой, и тем самым поддержать его авторитет среди поклонниц. То полностью переключить свое внимание на экран стереомонитора, на котором беспрерывно крутился калейдоскоп последних новостей с Земли. То он просто и совершенно бесцельно погрузиться в созерцание окружающих его людей, пытаясь определить по мимике и выражению их лиц то, что на самом деле творилось у них в душах.
– «Яйцеголовым «мой пламенный привет! Ха! И еще раз ха! – как гром среди ясного неба ворвался в сознание Германа напористый и вызывающий голос.
Все собравшиеся в «Лазурной «кают-компании станции разом смолкли и обескуражено уставились на столь бесцеремонного возмутителя спокойствия.
– Я что-то не так сказал? – между тем, продолжал тот, усаживаясь за стол рядом с Германом и наглым образом закуривая сигарету.
– Вообще-то, не мешало бы сначала представиться. По-моему мы даже не знакомы?! – холодно осадил его Виктор, с достоинством смерив незнакомца взглядом, ловко и грубо выхватывая из его пальцев сигарету и с отвращением бросая ее в контейнер для мусора. – Это во-первых. Во-вторых, многие из здесь собравшихся не курят. Поэтому, не мешало бы поинтересоваться их мнением по поводу транквилизаторов и никотина. И, наконец, в третьих…
– И, наконец, в-третьих, – развязно передразнил его незнакомец, закуривая новую сигарету и беспардонно сверкая глазами. – Вас всех вместе взятых вот уже битый час разыскивает старина Кольт. Что же касается меня, то я вполне могу представиться. Меня зовут Этьен Де Кюри. Я только вчера прибыл на станцию вместе с вашим новым Начальником и…
– С каким это нашим новым начальником? – встревожено и недоверчиво переспросила его Светлана.
– Так вы еще ничего не знаете? – в свою очередь удивился тот. – Во дела! Правильно говорил мне полковник Хорст: на этой станции никто, ничего и никогда не знает. Бардак, одним словом. Бардак он и есть! Вот поставь профессора управлять военной станцией, и все сразу катится в тартарары. Гражданские, они все такие. Растяпы и профаны в вопросах порядка и дисциплины.
– Правильно я говорю, а, девочка? – слащаво улыбаясь, обратился он уже непосредственно к Герману.
– Нет, не правильно, – вежливо, но твердо, осадил распоясавшегося наглеца тот. – И я вам не девочка. Зарубите себе это на носу.
Виктор вскочил со своего места, собираясь задать незнакомцу достойную и назидательную трепку, но Герман жестом его остановил.
– Пошли ребята. – сдержанно обратился он к своим товарищем, теряя всякий интерес к незнакомцу. – Нам надо срочно поговорить с Гарольдом Эрнестовичем. Я думаю, он нам все объяснит.
Колонисты дружно встали со своих мест и устремились к выходу из кают-компании.
– Вот-вот. Поспешите. Пусть ваш профессор вам все объяснит. Если успеет. До отлета прибывшего за ним курьерского звездолета осталось чуть менее часа. Так что, поспешите, мой вам совет, – с нескрываемым злорадством в голосе бросил им вдогонку Этьен, жадно затягиваясь очередной сигаретой.
– Без тебя разберемся, – огрызнулся ему в ответ Виктор уже с порога кают-компании и раздраженно щелкнул пальцами в его сторону. – Мы еще встретимся. Дай бог, не в последний для тебя раз.
Профессора они нашли быстро.
Господин Этьен Де Кюри их не обманул.
Кольт действительно уже находился в «карантинном» секторе станции в окружении кособоких контейнеров со своими личными вещами.
На нем уже был гражданский костюм. Он выглядел мрачным и нервно теребил свои усы пальцами.
– А, это вы, ребятки?! А я уже и не надеялся вас увидеть до своего отъезда, – несколько растерянно поприветствовал он своих верных помощников, поднимаясь с дивана и окидывая собравшихся виноватым взглядом.
