- Он и есть убийца. Отбил чужую жену, отправив на тот свет мужа. Спасаясь от тюрьмы, сбежал на войну с Мексикой. Вернувшись, принялся за старое, ведь Труслоу, в отличие от лоботряса Ридли, непрерывно совершенствует свой талант. Парню, покусившемуся увести у него лошадь (курьёз, право же, Труслоу сам – первый конокрад!), он хладнокровно вскрыл глотку.
Бёрд извлёк тонкую тёмную сигару со дна одного из своих оттянутых вислых карманов. Откусив кончик, он выплюнул его на пол в направлении фарфоровой плевательницы:
- Наш Труслоу на дух не переносит янки. – с удовольствием сообщил учитель Старбаку, - Встретит в Легионе, чего доброго, отточит на вас лишний раз свой природный дар.
Бёрд поджёг сигару и, окутанный облаком дыма, захихикал, тряся головой:
- Я удовлетворил ваше любопытство, Старбак? Отлично посплетничали, не правда ли? Тогда поспешим за мундиром и юбками, без которых нам не выиграть войны.
Первым делом Бёрд поволок Старбака в огромный пакгауз Бойла и Гэмбла, где заказал боеприпасы:
- Пули Минье. Наш доблестный Легион выстреливает их быстрее, чем заводы производят. Нам нужно много, очень много. У вас есть пули Минье?
- Само собой, мистер Бёрд.
- Я не мистер Бёрд! – заносчиво произнёс Бёрд, - Я – майор Бёрд из Легиона Фальконера!
Он прищёлкнул каблуками и отвесил пожилому приказчику церемонный поклон.
Старбак разинул рот. Майор? Тот, которому Фальконер не доверил бы дырявого котла? Осёл, кретин и олух царя небесного? Профессиональные военные из Европы получили отказ ради того, чтобы майором стал Таддеус Бёрд?
- Ещё нам требуются ударные капсюли. Тысячи этих мелких дьяволят. Отсылайте всё в расположение Легиона Фальконера, в Фальконер-Куртхаусе, что, опять же, в округе Фальконер.
В бланке заказа он подписался пышно: «майор Таддеус Карактакус Эвелард Бёрд». Коротко объяснил заковыристость и обилие имён, покосившись на Старбака:
- Дедушки с бабушками удружили. Чета валлийцев плюс чета французов равно труднопроизносимое имечко для внука.
Пакгауз Бойла и Гэмбла остался позади. Пытаясь примериться к походке Бёрда, шагающего к Иксчейндж-Эллей, Старбак обратился на ходу:
- Вас можно поздравить с производством в чин, майор Бёрд?
- Ушки на макушке? Правильно, Старбак. Надо пользоваться органами чувств, пока излишества и годы не сказались на их работе. Поздравить можно. Поздравляйте. Моя сестра превозмогла хвори, покинула своё ложе страданий и сделала всё, чтобы добиться от полковника майорства для меня. Не знаю, кто уполномочил раздавать офицерские звания Наше Высоковеликолепнейшее Сверхпревосходительство генерал-бригадир-полковника Фальконера. С другой стороны, в эти беззаконные дни требуются ли вообще какие-либо полномочия? Мы, как наинесчастнейшие из Робинзонов Крузо, заброшены далеко от власти и порядка. Раз мой зять решил, что вправе произвести меня в майоры, я не возражал.
- Вы не хотели этого назначения? – вежливо поинтересовался Старбак, не представляя себе, чтобы сугубо штатский Бёрд желал когда-нибудь стать солдатом.
- Хотел ли?
Птичка-Дятел задумался, остановившись на тротуаре так резко, что шедшая следом дама едва не врезалась ему в спину.
- Хотел ли? Уместный вопрос, Старбак. На диво уместный для юнца из Бостона, - Бёрд пощипал себя за бороду, - Моя сестра хотела, точно. Умом она не блещет, а потому уверена, что офицерский чин придаст мне респектабельности, качества, которого, по её мнению, мне недостаёт. Хотел ли я сам? Хотел. Признаю, хотел. Почему? Потому, Старбак, что войны собирают в одном месте огромное количество дураков, и моё присутствие необходимо в качестве противовеса. Это во-первых.
Голоса Бёрд не понижал, и прохожие поглядывали на него с любопытством.
- Во-вторых, война – отличный повод вырваться, наконец, из классной комнаты. Вам уже, кажется, известно, как я ненавижу детей? Терпеть не могу! Они пасть открывают, а меня тянет заорать, чтобы заглушить чепуху, которую сейчас они начнут нести! Их шалости жестоки, их присутствие бесит, их речи – пустое сотрясение воздуха. Таковы две главные причины.
Так же неожиданно, как запнулся, майор Таддеус Карактакус Эвелард Бёрд тронулся с места.
