- Удивительно. Адам обычно чересчур печётся о спасении своей души, чтобы обращать внимание на тех, кто рядом. – вздохнула Анна, обнаружив больше проницательности, нежели можно было от неё ожидать, и торопливо добавила, будто извиняясь за резкость высказывания, - Мой брат – Фальконер, и, как истинный Фальконер, склонен парить в горних высях, не снисходя до земного.
- Ваш отец показался мне вполне земным и достаточно практичным человеком.
- Отец – мечтатель. Романтик. Строитель воздушных замков. Он убеждён, что, чем сильнее веришь в исполнение мечты, тем скорее она осуществится.
- Непохоже, чтобы этот замок состоял из воздуха. – кивнул Старбак на «Семь вёсен».
- На замок дом тоже не похож.
- Мне нравится.
Анна хмыкнула:
- Мы с мамой пытались уговорить отца снести дом и возвести на его месте что-нибудь более величественное. В итальянском стиле, с колоннами. Я бы выпросила беседку на холме. Такую, как маленький греческий храм, с цветами вокруг.
- По-моему, дом и так прекрасен.
Девушка наморщила нос, демонстрируя неодобрение, и сообщила:
- Наш пра-пра-прадед Адам начал его строить. Вот он был ужасно практичным, но его сын женился на француженке, и семейная кровь стала жиже. Так говорит матушка. Она тоже не очень практичная, и её кровь нам, с её слов, ветра в голове убавить не смогла.
- Адам не производит впечатления человека с ветром в голове.
- Мама иного мнения. – Анна слабо улыбнулась, - Ваш говор ласкает слух. Вообще, вы, северяне, говорите гораздо чище нас, южан. Попозируете мне? Я немного рисую. Конечно, не так хорошо, как Итен, но я стараюсь. Сядете у реки Фальконер и напустите на себя меланхолию. Изгнанник на чужбине.
- А вы дорисуете мне арфу и плакучую иву над макушкой?
Немудрящая шутка имела успех. Девушка отпустила локоть Натаниэля и захлопала в ладоши:
- Вы такой интересный! Остальные скучные. Адам набрался на Севере набожности, отец занят войной, а мама целыми днями обкладывается льдом.
- Льдом?
- Уинхэмским льдом. Нам его везут из вашего родного Массачусетса. Из-за войны, боюсь, нам его везти перестанут, и маме придётся довольствоваться местным. Доктор Дэнсон уверяет, что её невралгию излечит лишь лёд. Этот метод открыли в Европе, он очень действенный.
Название «невралгия» Старбак слышал впервые и отнёс незнакомый недуг к числу тех загадочных и постыдных «женских» болезней, которыми регулярно страдали его мать и старшая сестра. Анна, впрочем, тут же рассеяла заблуждение собеседника, объяснив, что хворь проявляется, главным образом, в постоянных и сильных мигренях, чему Старбак искренне посочувствовал.
- А вот папа считает её невралгию блажью. – посетовала Анна, - Дескать, она невралгию придумала, чтобы держать его от себя подальше.
- Думаю, он ошибается.
- Может, и не ошибается. Я иногда спрашиваю себя: неужели муж с женой всегда злят друг друга?
- Не знаю.
- Беседа у нас вышла не из весёлых? – жалко улыбнулась Анна, и тон её подразумевал, что все её беседы оканчивались так, и ничего с этим не поделать.
Девушка будто потухла. Старбаку вспомнилось, как Бельведер Делани болтал о том, насколько сильно Итена Ридли раздражает невеста, приданное которой должно было поправить его финансовое положение. Глядя сейчас на Анну, такую несчастную и павшую духом, юноша молил Бога, чтобы слова Делани оказались просто трепотнёй.
- Папа сказал, что юбки – мой заказ?
- Так я понял вашего дядю.
- А-а. Дятел, он и есть дятел.
- Мне поручение показалось странным.
- Всё в эти дни странно. – заключила девушка, - К папе я за объяснениями идти боюсь. Он сейчас не в духе.
- Почему?
- Из-за Итена. Итен не смог отыскать Труслоу, а папа на Труслоу очень надеялся. Вам известно, кто такой Труслоу?
- Дядя ваш расписал. Причём, весьма мрачными красками.
- Труслоу действительно мрачный. И пугающий.
Анна испытующе взглянула на Старбака:
- Я могу вам доверять?
Юноша мысленно крякнул. Что за жуткую историю про легендарного злодея Труслоу он услышит на этот раз? Вслух же вежливо ответствовал:
- Окажите честь, мисс Фальконер.
- Просто Анна, пожалуйста. Я надеюсь, что мы с вами подружимся. То, что я вам поведаю, - секрет. Так вот: я сомневаюсь, что Итен, вообще, ездил к Труслоу. Он ужасно боится Труслоу, как и любой в наших местах. Говорит, что не боится, но боится. – девушка понизила голос, - Мне кажется, что он не ездил к Труслоу.
- Ну… - неопределённо произнёс Старбак, - Итен Ридли не из тех, кого легко напугать.
- Труслоу он боится. – она вновь взяла северянина под локоть, - Может, отец вызвал вас, чтобы послать на поиски Труслоу?
- Меня?
Анна оживилась:
- Рассматривайте это, как рыцарский поход. Всех юных рыцарей мой отец посылает бросить вызов дракону, и лишь тот, кто победит чудовище, будет с честью носить звание наиотважнейшего, наиблагороднейшего… Как вам, мистер Старбак? Хотите зваться «Старбак Наиблагороднейший»?
- Не особенно.
- Отец оценил бы укрощение дракона Труслоу.
Натаниэль молчал, и Анна повернула к дому:
