Смущала его Салли Деккер. Одетая в лохмотья, с мордашкой и волосами, грязными до последней степени, обутая в опорки, скреплённые бечевой, она могла поспорить красотой с любой из леди, выезжающих на прогулки у виргинского Капитолия в собственных колясках.
- Я не его жена по-настоящему! - сварливо отозвалась Салли, прикрывая кольцо на пальце правой рукой.
- Жена. – с достоинством повторил Деккер, - Нас священник венчал, мистер Бёрд.
- Отлично, отлично.
Бёрд подумал о своей молодой жене, ожидающей в кухне, и занервничал. Чего этой парочке от него надо? Знаний? Случалось, что бывшие ученики возвращались к Бёрду, дабы наверстать годы прогулов и лентяйства.
- Я пришёл к вам, мистер Бёрд, потому что мне назвали вас, как того, кто может записать меня в Легион. – объяснил Деккер.
- А! – облегчённо воскликнул учитель, переводя взгляд с честной физиономии парня на хмурое личико его спутницы.
Не пара они, ох, не пара. Бёрд вздохнул. О нём с Присциллой, наверно, болтают то же самое.
- Хочешь записаться в Легион?
- Наверно, да.
Парнишка покосился на Салли, и Бёрд понял, что из этих двоих записать Роберта в Легион хочет, скорее, она. А, может…
- Из-за юбки, да? – спросил учитель, ища подтверждения возникшей догадке.
Деккер опешил:
- Юбки, мистер Бёрд?
- Ну, да. Юбку подбросили? – Бёрд ухмыльнулся, пощипывая бородку, - На крыльцо или ещё куда-нибудь.
- Нет, мистер Бёрд.
По лицу Деккера было видно, что он опасается за рассудок своего бывшего учителя.
- Ясно, ясно.
Бёрд не сошёл с ума. В последние недели многие мужчины, не вступившие в Легион, находили на крыльце или в телеге юбку. Причины, по которым эти люди уклонялись от военной службы, могли быть разными: кто-то кормил большую семью, кто-то хворал, кое-кого из юношей ожидала учёба в колледже и блестящее будущее. Малодушных среди них, по сути, почти не было. Тем не менее, молва всех скопом записывала в трусы. Издевательски преподнесённая в дар юбка являлась чёрной меткой, знаком немужественности и презрения окрестных дам.
- Салли твердит, что мне надо записаться.
- Если он настоящий мужик, пусть докажет. – встряла она, - Все настоящие мужчины идут на войну.
- Я и хотел. Только её отец мне запретил. Он здорово разозлится, если узнает, что я всё-таки записался. Поэтому-то и хочу записаться по всем правилам до того, как попадусь ему на глаза в лагере. Тогда ведь он меня выгнать не сможет, да? А ещё я хотел, чтобы моё жалование могла получать Салли. Можно это устроить, мистер Бёрд?
- Можно. Многие мужья хотят, чтобы их семьи не нуждались, пока они воюют. – Бёрд посмотрел на Салли, вновь подивившись, как такая роза могла расцвести в компостной куче холмов, - Твой отец, что, в Легионе?
- Мой отец – Томас Труслоу.
Любви особенной в её голосе Бёрд не расслышал.
- Труслоу? Боже правый.
Как чресла Труслоу могли породить эту прелестницу?
- А матушка?
- Умерла. – отрезала она.
Резкая штучка, отметил Бёрд, объясняя Деккеру, что ему надо ехать в лагерь Легиона и отыскать там лейтенанта Дейви. Он едва не ляпнул, что решить интересующий их вопрос они всё равно смогут лишь утром, но спохватился, сообразив, что тогда придётся предложить парочке переночевать здесь.
- Дэйви, вот кто тебе нужен, Роберт.
Деккер кивнул:
- Я понял, мистер Бёрд. А как же отец Салли? Мне нельзя встречаться с ним.
- Не встретишься. Он далече, с полковником. – Бёрд протянул руку, приглашая гостей к выходу, - Ты в полной безопасности.
Салли встала с кресла:
- Иди посмотри, что с лошадью, Роберт.
- Но…
- Я сказала: иди и посмотри! – прошипела она, и юноша выскочил пробкой.
Салли притворила за ним дверь и повернулась к Бёрду:
- Итен Ридли где?
- В Фальконер-Куртхаусе его нет.
- А где он? – требовательно, с нажимом переспросила она.
Бёрд вновь подёргал себя за бороду. Девчонка вызывала у него неприязнь и смутную тревогу. Труслоу в женском обличье, вне всякого сомнения, с той лишь разницей, что папаша добивался всего силой, а она, похоже, привыкла в угоду своим прихотям вертеть людьми, как куклами.
- В Ричмонде.
- Где в Ричмонде?
Что связывало её с бабником Ридли, спрашивать не требовалось. И так ясно. Дрянь-девчонка. Но дрянь, обладающая очарованием, которому противиться Бёрд не мог:
- У брата на Грейс-стрит. Адрес написать? Ты читать-то умеешь?
- Не умею. Попрошу кого-нибудь прочитать.
Бёрд с полным ощущением того, что делает нечто неправильное или, по крайней мере, нетактичное, быстро набросал адрес Бельведера Делани на клочке бумаги и попытался успокоить совесть строгим вопросом:
- Могу я полюбопытствовать, зачем тебе Итен?
Салли пренебрежительно фыркнула, в точности, как её родитель:
- Можешь, конечно. Только кто же тебе скажет?
