- Вебстер, отче. Тимоти Вебстер. Он – настоящий разведчик, не чета нам с Прайсом. Да мы с Прайсом, собственно, и не хотели лезть во всю эту тайную кухню, просто оказывали услугу Пинкертону. Приехали выяснить, что случилось с Вебстером. Вот уж кто настоящий разведчик! Лучший из лучших!
- Буду молиться за него. А женщина, что ухаживает за ним, как её зовут, сын мой?
- Хетти Лоутон, отче.
- Буду молить Господа и за неё тоже. Ответь мне, сын мой, этот майор-тюремщик, как его… Александер, да? Он упоминал о каком-то письме, найденном у тебя.
- Да, отче. Мы должны были пустить письмо в ход, если Вебстера не найдём, - описав стойку в вестибюле собора святого Павла, под натянутую крест-накрест тесьму которой следовало подсунуть послание, Скалли жалобно спросил, - Ну, какой вред от того, чтобы принести в церковь письмо, отче?
- Никакой, сын мой.
Возложив ладонь на макушку Скалли, отец Малрони назначил ему в знак покаяния четырежды прочесть молитву «Аве, Мария», отпустил грехи на звонкой латыни и пообещал, что будет добиваться помилования собрата-ирландца у южных властей.
- Но сильно не обольщайся, сын мой. Местные не слишком прислушиваются к нам, католикам, да ещё и ирландцам. Эти южане, честное слово, хуже англичан. Нас они не очень-то любят.
- Но вы попробуете? – жалобно вопросил Скалли.
- Разумеется, сын мой.
Перекрестив Скалли, отец Малрони удалился.
В кабинете начальника тюрьмы патера дожидались майор Александер и щуплый лейтенант в очках. Молча наблюдали они затем, как отец Малрони нетерпеливо сбросил омофор, содрал через голову сутану, под которой обнаружился отлично сшитый дорогой сюртук. Брезгливо оглядев ладони, седой опустил их в стоящую на столе миску с водой и принялся тщательно отмывать пальцы, будто желая смыть с них малейшее воспоминание о жёстких волосах Скалли. Уже без малейшего ирландского акцента, зато с явственным виргинским выговором, человек, назвавшийся «отцом Малрони», сказал:
- Того, кто вам нужен, зовут Тимоти Вебстер. Он разбит ревматизмом, валяется в гостинице «Монументал», так что с ним хлопот не будет. Ухаживает за ним некая Хетти Лоутон. Её тоже надо брать. Она такая же тварь, как и Вебстер.
Седой отряхнул руки, достал из кармана серебристый портсигар, вставил в рот тонкую пахучую сигару. Щуплый лейтенант услужливо поднёс шандал с горящими свечами. Раскурив сигару, старик одарил лейтенанта внимательным взглядом:
- Гиллеспи, так?
- Да, сэр. Так точно, сэр.
- Что в сумке, Гиллеспи? – седой кивнул на свешивающуюся с плеча лейтенанта кожаную торбу.
Гиллеспи открыл сумку, показав находящиеся внутри бронзовую воронку и шестигранную бутыль тёмно-синего стекла.
- Масло, в полном соответствии с методом моего отца. – гордо сообщил он.
Старик презрительно скривил губы:
- Намерены лечить наших заключённых от преступных наклонностей? Серьёзно?
- Современная наука доказала, что дурные наклонности – одна из форм помешательства, а на помешанных лечение по методу моего отца сказывалось благотворно. – с вызовом ответил лейтенант.
- Помешанные меня не волнуют. Впрочем, как и арестанты, исключая Скалли с Льюисом. От последних двоих, лейтенант, держитесь подальше. Это приказ. – седой пригладил волосы и повернулся к Александеру, - Жаль, но из соображений политического характера этих северных прощелыг казнить нельзя. Мы не можем себе позволить сейчас роскошь дразнить британцев. С другой стороны, островитяне едва ли станут возражать, если мы воздадим негодяям по заслугам. Отправьте их с неграми камень ломать на месяцок-другой.
Он попыхтел сигарой, размышляя, и распорядился положить письмо, адресованное анониму-почётному секретарю несуществующего общества, на стойку в соборе святого Павла и установить круглосуточный надзор.
- …Но первым делом арестуйте Вебстера.
- Конечно, сэр. – кивнул Александер.
Седой достал из кармашка сюртука золотой перстень старинной работы с затейливым гербом, - свидетельством древности рода, надел на безымянный палец:
- Дождь так и льёт?
- Да, сэр, льёт.
- Может, проклятые янки утонут в слякоти по пути сюда. – буркнул старик мрачно.
Дожди и раскисшие дороги замедляли наступление северян на Йорктаун, но седой сознавал в полной мере, перед лицом какой опасности оказалась Конфедерация. Как бы то ни было, сегодняшняя тонкая работа увенчалась успехом. Он выявил шпиона и получил шанс обезвредить предателя, пока известного только лишь, как «почётный секретарь». Пока. Седой проверил, заряжен ли таскаемый им с собой «дерринджер», надел плащ и шляпу.
- Утром загляну к вам полюбоваться на этого Вебстера. Удачи, джентльмены.
Седой вышел на улицу к ожидавшему его старомодному экипажу с лаковыми панелями и позолоченными втулками колёс. Раб открыл дверь и опустил складные ступеньки.
