- Ты прекрасно знаешь, что их можно сплавить по сниженной стоимости в Обменный Банк. – ухмыльнулась Салли, вновь забирая у него банкноту и кладя обратно в недельную выручку заведения, - Карты нам принесли четыреста девяносто два доллара и шестьдесят три цента.
За карточными столами на первом этаже играли в ремиз и покер. Заведение брало свой процент с выигрышей. По негласному правилу картёжники могли расплачиваться любыми купюрами, но за пределами игровых столов заведение принимало только новые деньги северян, золото, серебро и ассигнации виргинского казначейства.
- Сколько же из этих четырёхсот девяносто двух долларов имеют хоть какую-то ценность? – спросил Делани.
- Половина где-то. – сморщилась Салли.
Остальные представляли собой смесь банкнот, выпущенных различными южными банками, муниципалитетами, даже купцами, с помощью печатного станка пытавшимися восполнить дефицит платёжных средств нового государства.
- «Банк Чаттануги», - прочёл Делани, вороша ассигнации, достал одну, - А это что за чудо, во имя Иеговы? Двадцать пять центов, напечатанные окружным правлением Джексона, Джорджия. Господи, Салли, да мы богаты! Купюра в целый четвертак!
Он бросил ветхую затёртую бумажку в груду прочих и поразмыслил вслух:
- Может и нам напечатать своих денежек?
- Почему бы и нет? – хмыкнула Салли, - Это же, наверно, полегче, чем ноги раздвигать, как я наверху.
Идея захватила Делани:
- Можно придумывать новые приходы, новые округи! Банки несуществующие основывать!
Всё, что могло приблизить конец Конфедерации, встречало горячую поддержку со стороны Бельведера Делани, а уж обрушение финансовой системы предопределило бы крах нового государства. Впрочем, денежные дела Конфедерации и без усилий Делани оставляли желать лучшего: цены росли, как на дрожжах, а купюры, выпущенные правительством (не говоря о местных денежных знаках округов и штатов) стремительно теряли стоимость, ибо единственное обеспечение, которое могло предложить обладателям банкнот государство – выплату в драгоценных металлах, но лишь спустя шесть месяцев после победы над Севером.
- Станок печатный в каретном сарае разместим. – соображал Делани, - Кто узнает?
- Кто-кто, печатник, например. – Салли не разделяла его энтузиазма, - Слишком много народу придётся задействовать, Делани. Слухи пойдут. У меня на каретный сарай другие планы.
- Любопытно. Какие?
- Затемнить. Ковры положить, стол, дюжину кресел поставить, и я обещаю тебе доходы от этой затеи выше, чем от моей кровати.
Делани непонимающе поднял брови:
- Обеды, что ли, давать думаешь?
- Дьявол, нет. Спиритические сеансы. Раззваниваешь по городу, что я – знаменитая медиумша, а дальше – держим ушки на макушке относительно ричмондских сплетен и берём по пять долларов за групповой сеанс и пятьдесят – за личную консультацию.
Салли осенило прошлой ночью, когда пьяные завсегдатаи устроили свой поддельный сеанс. Клиенты развлекались, но Салли заметила, что кое-кто из них воспринимал забаву всерьёз, ожидая от неё чего-то сверхъестественного. И Салли решила извлечь из чужих суеверий выгоду.
- Помощник нужен будет. – продолжила она, - По стенам стучать, звуки всякие потусторонние делать.
Предложение Салли Делани понравилось. Ткнув пальцем в потолок, он уточнил:
- А постельное ремесло, что же, бросишь?
- Буду больше денег заколачивать – мигом брошу. От тебя понадобится монета на отделку сарая. Если помещение будет выглядеть дешёвкой, народ туда не заманишь. Всё должно быть по высшему разряду.
- Ты – золото, Салли. Чистое золото. – от души похвалил её Делани.
Его еженедельные встречи с Салли доставляли ему море удовольствия. Её деловая хватка и житейская смётка внушали Делани глубокое уважение. Салли вела финансы заведения, вела скрупулёзно и честно. Для Делани роскошный бордель с претензией на элитарность был истинным золотым дном, поставляя, помимо денег, последние сплетни о южных политиках и высших командирах, и сплетни эти адвокат неукоснительно пересылал в Вашингтон, не утруждая себя, впрочем, проверкой посылаемых сведений. Регулярностью донесений, а не их правдивостью доказывал Делани свою преданность будущим победителям, и законник намеревался после триумфа Севера воспользоваться плодами своей верности на полную катушку. Предложение Салли могло увеличить как доходы от заведения, так и приток свежих сплетен. Делани сгрёб со стола свою долю выручки:
- А о чём судачат?
Салли махнула рукой в сторону окна, выходящего на забитую телегами и каретами улицу:
- Кому судачить-то? Судачить некому. У нас таким манером скоро клиентов не останется. Все сбегут.
- Эти сбегут, набегут новые. – хихикнул с намёком на северян Делани.
- Значит, удвоим цены. – мстительно заключила понявшая работодателя правильно Салли и поведала ему о закрытии северянами вербовочных пунктов.
- Ух ты, я об этом не слышал. – оживился Делани.
- Янки считают, что победили. – скорчила презрительную гримасу Салли.
У них есть на то все основания, подумал Делани, вслух спросив:
- И кто же из клиентов осчастливил тебя новостью насчёт вербовщиков?
- Не клиент. Нат.
