– Я доверил тебе самое главное. Свою репутацию. А ты пренебрег, – процедил Беланже. – Поручился за тебя перед командой и спонсорами, так что ты, мелкий ублюдок, стоишь здесь только благодаря моим стараниям. И так же благодаря мне отсюда и вылетишь.
Резко наклонившись, Бланж крепче сжал ворот спортивного джерси Дэмьена.
– Да пошел ты, – выплюнул Дэм. – Ты мне ничего не сделаешь.
– Уверен? – ядовито ухмыльнулся Бланж. – Посмотрим, что на это скажет руководство команды. Твое слово против моего. Вот увидишь, – пригрозил он. – Я тебя уничтожу. – Оттолкнул его и ушел. А следом за ним остальные.
Помещение опустело. Я бросила последний взгляд на Дэмьена, сидевшего на полу. Он коснулся разбитой губы – проверить, не идет ли кровь, а потом поднял взгляд, столкнувшись с моим.
– Что, довольна собой?
Я молча развернулась и ушла.
– Вы оба еще пожалеете! – крикнул он вслед, но я не обернулась. Даже для меня случившееся было слишком.
– Думаешь, Бланж реально сможет заставить заводскую команду отказаться от него? – спросила Лил. – Дэм ведь и правда в первой пятерке. – Они шептались с Лакланом, а я шла сзади, прижимая к груди злосчастный шлем.
– Бланж поставит им ультиматум, вот увидишь. Или он, или Дэм.
– Не хотела бы я быть его менеджером.
– Я тоже.
Садиться с Бланжем в одну машину я сейчас не имела ни малейшего желания, поэтому упала на заднее сиденье к Касу и молчала до самого дома, невидящим взглядом уставившись в окно. Каспер был хорошим напарником, когда хотелось тишины.
Машина остановилась. Я потянулась в двери, когда он произнес:
– Насчет сегодняшнего и всего, что Дэм тебе сказал… Забудь. Не бери в голову. Таков наш мир. И не всегда он честный и справедливый.
– Вот только я отчего-то чувствую себя виноватой.
– Ты не должна.
– Знаю.
Но случившееся все равно нужно было переварить. Из соседней машины вышли Лаклан и Лил, все еще что-то громко обсуждая. Хлопнул дверью Бланж. Парковочное место Марса пустовало.
– Я хочу немного побыть одна, – не знаю, зачем я сказала это. Меня все равно никто не стал бы искать. Вышла из машины и отрешенно зашагала вперед, к каким-то камням, возвышающимся на фоне бескрайней пустыни. Я оказалась права, в общей шумихе никто не обратил на меня внимания. Я шла все дальше и дальше, пока «Святое море» вообще не исчезло из виду.
Солнце прильнуло к горизонту, красное, словно грейпфрут. Песок забился в кроссовки и при каждом шаге противно скрипел. На душе все скрипело так же, словно несмазанный механизм. Но я сама себя загнала в это место, так что же теперь страдать?
Остановившись наконец возле большого валуна, я уселась на него, все еще прижимая к себе проклятый шлем. Не придумав ничего умнее, со всей силы треснула его о камень, но разбить все равно не вышло. Хотела пнуть, но сил после долгой дороги не было.
– Да чтоб тебя! – А потом поверженно натянула шлем на голову, чтоб даже дурацкая пустыня не видела, как я разрыдалась.
Я сама себе не могла до конца объяснить почему. Из-за себя, ведь быть тем, кто решает, пусть и невольно, чью-то судьбу, всегда трудно. Из-за Бланжа, пугающую сторону которого так внезапно открыла. Или просто оттого, что устала делать вид, будто нахожусь на своем месте, хотя это было совершенно не так.
За спиной раздался рев мотоцикла. Я знала, кто это, но была не в настроении разговаривать. К тому же все это время лила слезы, так что наверняка глаза опухли, а нос покраснел, так что снять шлем – это последнее, чего мне хотелось.
Мужская фигура в черно-оранжевом опустилась рядом. Реми молчал. Я тоже. За все то время, что провела тут, я ни разу не высказывала ему претензий, хотя они, разумеется, были. И вот, когда наконец имела полное право это сделать, мне просто не хотелось. Бланж встал и медленно стянул с меня шлем. Я посмотрела на него снизу вверх. Горячий ветер трепал его седую челку.
– Он мог серьезно покалечиться, – произнес Бланж. Его голос был тихим. Совсем не таким, как совсем недавно. Ярость сменилась усталостью. – На его переднем колесе были отпущены спицы. Они держат ось по отношению к ободу по центру и дают ему жесткость. Если расслабить их хаотично, визуально это невозможно заметить, надо заранее знать, что с ними проблема. Марс бы не полез туда.
Я откинула голову назад, глядя на начинающие проступать звезды.
– Когда ты начнешь движение, все будет казаться нормальным, но стоит мотоциклу набрать скорость, оторваться от земли и приземлиться, колесо просто сложится в восьмерку. Либо его заклинит, и ты вылетишь через руль, а может, его вообще оторвет от резкого удара. И Дэм знал это, понимаешь. Он сделал это, осознавая последствия.
– А ты? – Я обернулась. – Ты тоже сделал это осознанно, когда избивал его сегодня и угрожал?
– Жаклин. – Бланж отвернулся. В его глазах застыла мука.
– Ты не хуже меня знаешь, что постоянно ходишь по лезвию ножа. Прогулки по перилам моста, сумасшедшие трюки для видео, это ваше соперничество с Марсом, наш брак. Я боюсь, что однажды ты не сможешь остановиться.
– Я обещаю тебе, что смогу.
– Зачем?
– Что «зачем»?