Ему захотелось схватить журналистку и зашвырнуть ее в воду – как можно дальше, – но произошло нечто совсем другое. Потом оба решили, что «это ничего не меняет», и заснули. Проснулся он в одиночестве.
Первое, о чем подумал Бертран, не удивившись этой мысли:
Лола прочла статью в
Молодая женщина переживет это время, лежа на полу перед экраном, странствуя по «Гуглу» и не находя ничего о Бертране. Она перечитывала статью в разное время дня и ночи, надеясь выискать что-нибудь еще, кроме жуткой фразы: «Никогда не говорить о прошлом, чтобы забыть».
Свекровь звонила через день, справлялась о детях, сообщала новости о Франке. Подробные. Он уже перенес две тяжелейшие операции, и очень скоро будут еще вмешательства. Каждый разговор парализовал Лолу, и Жеральдина по ночам оставляла дверь открытой – стерегла дочь, хотя как никто другой понимала ее молчание. По утрам она проверяла мусорное ведро и не находила ни смятого листка, ни клочка бумаги. Когда нет сил даже написать, дело плохо.
Жеральдина отложила поездку в Нью-Йорк и спросила, хорош ли март в этом городе.
– Скорее всего будет холодно. Нужно посмотреть прогноз.
– Конечно.
Сидевшая за компьютером Лола посмотрел на мать.
– Боишься встречи с Бенуа, мама?
Жеральдина заколола волосы «крабом», сделала глубокий вдох и призналась:
– Да. Очень боюсь.
– Я прошла весь Рив-сюр-Марн в надежде узнать улицу Бертрана, – разбитым голосом призналась Лола. – Город такой большой, а я даже не знаю, на каком берегу живут его родители.
Жеральдина прекрасно знала, где и когда Лола увидела мать Бертрана. Они сидели на коричневом диванчике и смотрели по телевизору выпуск новостей. Флоранс, одетая в мольтоновую куртку, отвечала журналистке твердым непререкаемым тоном: «Мой сын не появится во Франции в ближайшие месяцы. Он свободен, работает и путешествует. Я не знаю, когда он вернется. Спасибо». Лола улыбнулась и сказала, не отворачиваясь от экрана:
– У него ее глаза.
Ленни и Мария закричали, Лола вскочила, но успела заметить, что оператор очень неудачно все снял.
– Хотя не мне его упрекать – я не сумела задать нужный вопрос, когда это было необходимо.
Мать проводила ее взглядом и впервые задумалась о человеке, обретшем свободу.
Она пошла в детскую, чтобы сообщить эту мысль дочери. Та сидела на полу и смотрела, как Ленни и Мария строят нечто невообразимое. Жеральдина застыла на пороге. Никогда дочь не казалась ей такой красивой.
– Поможешь мне зарезервировать билет в Нью-Йорк?
– На какое число, мама?
– На ближайшее время. Чистый идиотизм – быть такой трусихой в пятьдесят один год!
Учительница резко обернулась. Улыбнулась во весь рот и дала ученикам задание-сюрприз на расчет площадей, которые никто не осмелился бы вообразить в реальной жизни.
Бертран сидел на продуваемом всеми ветрами Патагонии утесе на берегу озера Архентино и смотрел на фотографию Лолы. Глаза, левая рука придерживает непослушную прядь, кружево обнимает плечо…
