Ничего не говоря, Олег вылез из салона и пошел к большому бетонному козырьку, под которым должна была находиться проходная. Не торопясь, прошел через стеклянные двери и, коротко осмотревшись, направился к висевшему на стене местному телефону, около которого белел листок с четырехзначными телефонами фирм, арендовавших здесь площади. Названия все незнакомые. Чем занимаются, тоже не понять. Наконец он нашел чудную абревиатуру с приставкой «банк». Набрал номер и сказал откликнувшемуся девичьему голосу:
— Я вам звонил некоторое время назад. Хочу ознакомиться с условиями открытия у вас счета. Могу я к вам подняться?
— Да, конечно. Как ваша фамилия? Я сейчас перезвоню на вахту, и вас пропустят.
Все оказалось даже проще, чем он думал. Пройдя через вертушку вахтера, он решил не терять времени на визит в банк и сразу заняться Ибрагимовым. Поплутав с минуту на этаже, он обнаружил дверь во внутренний двор и, выйдя, почти сразу увидел знакомую иномарку, около которой стояли и курили двое мужчин характерной наружности.
От неожиданности он едва не замер столбом, но, справившись с замешательством, прошагал мимо с замкнутым лицом спешащего по делам человека, которому недосуг глазеть на каждого встречного.
Минут через пять интенсивных поисков и осторожных расспросов он нашел то, что искал: второй выезд с территории. И поспешил обратно.
Шур выслушал его доклад со скептической ухмылкой много понимающего в жизни человека.
— Ну ты прямо шпион, Самсон. От тебя не скроешься.
— Так мы будем перекрывать второй выезд? — настойчиво спросил Олег, глядя на него в упор. — Или мне Пирогу надо звонить?
— А ты ябеда, а?
— Короче!
— Да ладно, поехали, — делая вид, что ему все равно, вяло согласился Шур. Как бы он ни хорохорился, а Пирога он боялся, и, надо полагать, не без оснований. В который раз за последний час позвонив Шмалю, он строго сказал, чтобы тот пас эти ворота, а они поедут сечь с другой стороны, добавив, чтобы в случае чего тот сразу дал знать.
Олег испытал чувство мстительного торжества, когда минут сорок спустя, заполненных раздраженными и язвительными репликами Шура, от которых хотелось дать ему по голове, «фольксваген» выехал из тех, вторых, найденных им ворот.
— Едет, курва, — удивленно проговорил Колька. И добавил, обращаясь к Олегу: — Повезло тебе.
— Тебе, я думаю, не меньше. Дай телефон. Я позвоню и скажу, что мы его ведем. Пускай Шмаль к нам двигает.
Ему сейчас было очень важно завладеть трубкой. Момент для этого был самый подходящий. Занятый управлением машиной и пристыженный, Шур не возражал и не потребовал мобильник обратно, когда Олег закончил по нему разговаривать.
Пока Шмаль догонял их, не слишком успешно маневрируя по плохо знакомым ему улицам, вести слежку было сложно. Расстояние пришлось держать предельное, так что пару раз они едва не потеряли «фольксваген» из виду. На их счастье Ибрагимов либо не спешил, либо его водитель осторожничал на столичных дорогах, стараясь не нарушать правил. Если это так, то можно только поаплодировать его аккуратности и предусмотрительности; в иной ситуации лучшей формой спешки является именно неторопливость, потому что даже самый незначительный дорожный инцидент времени отнимет больше, чем можно будет нагнать даже рекордно-скоростной ездой. Издали наблюдая за слишком неторопливым передвижением объекта слежки, Олег подумал, что не исключен вариант попытки Ибрагимова и его людей обнаружить возможный хвост, то есть их. Но говорить этого вслух не стал, Шур и без того заметно тяготился доставшейся ему ролью неразумного и недальновидного исполнителя.
К счастью, ехать пришлось относительно недалеко, и «семерка» Шмаля нагнала их тогда, когда «фольксваген» уже въехал на территорию хладокомбината, о чем сообщала надпись из больших металлических букв над воротами, выкрашенными в буро-красный цвет.
Шур не слишком удачно припарковал машину на дальнем конце стоянки, откуда ворота хоть и просматривались, но в случае необходимости совершать быстрый маневр можно было потерять неоправданно много времени. Олег, щадя его самолюбие, и на этот раз не стал делать замечание. Это была ошибка, которая впоследствии может обойтись довольно дорого.
«Семерка» остановилась рядом, и они устроили короткое совещание, не покидая машин, а только опустив боковые стекла.
— Какие идеи, пацаны? — бодро спросил Шур, беря инициативу в свои руки, но, наученный недавним горьким опытом, не спешил высказываться первым, справедливо опасаясь попасть впросак.
— Может, подождать? — спросил Шмаль. Вид у него был уставший. Ясно, парень всю ночь не спал и теперь ему ничего так не хочется, как покоя и возможности хоть немного вздремнуть.
— Давайте я схожу разведаю, — предложил Олег. — В случае чего звякните мне, и я мигом вернусь. — Он потряс зажатым в руке мобильником.
— Ну сходи, — великодушно разрешил Шур. Вроде как разумный родитель позволяет своему не в меру резвому дитяти немного пошалить под его присмотром, лишь бы тот не капризничал.
Олег кивнул, пропуская насмешку мимо ушей, и добавил:
— Возьму-ка я с собой артиллерию. Мало ли что.
