Сказать, что Андрей был зол – значит не сказать ничего. И он злился даже не на своего приятеля, который не объявился вчера, хотя обещал привезти оружие. Андрей злился в первую очередь на себя, на свою глупость и непредусмотрительность. Он прекрасно понимал, что его могли как кинуть, справедливо рассудив, что оружие в такое время важнее чем уже ставшие ненужными деньги и ювелирные украшения, так и человек просто мог попасть в беду и не приехать потому, что нет возможности. Или мёртв. А предупредить, в условиях когда не работала ни мобильная, ни городская связь, было попросту невозможно. Закончилась эпоха мобильных телефонов, когда у каждого человека от мала до велика при себе есть средство связи, куда бы ты ни шёл или ни ехал. Теперь – или на исключительном доверии, или на свой страх и риск. Но в этом плане Орлов был раздосадован даже не тем фактом, что у него по-прежнему оставался один неудобный ствол на четверых, а тем, что потеряно время. Больше суток пришлось провести в квартире, хотя можно было бы уже уехать. За эти сутки и в столице, и в регионах ещё активнее разграбят магазины, а что будет происходить на трассах – неизвестно и непредсказуемо. Но то, что в целом ситуация будет только ухудшаться, никаких сомнений не было.
Семья была готова к выезду уже в восемь часов утра. На место предполагалось прибыть, если по дороге не случится ничего неожиданного, уже к обеду. Бака должно было хватить в один конец. А по пути или на месте Андрей всё же рассчитывал как-то разжиться топливом, по-прежнему надеясь расплатиться с кем-то недалёким уже ставшими ненужными рублями. Моральная сторона вопроса в дни выживания его не интересовала. Единственное, что хотел Орлов – выжить самому, спасти жену и детей и уехать как можно дальше, в глушь, где не придётся вздрагивать от каждого шороха по ночам, и где можно будет выходить из дома без ружья и тогда, когда захочется.
Насладиться утренним долгим душем не получилось – горячая вода пропала ещё накануне вечером. Холодная пока подавалась, но нетрудно было догадаться, что ещё через пару дней обслуживание прекратится полностью, и тогда исчезнет и она. В любой другой ситуации город начал бы захлёбываться в собственных экскрементах, но сейчас в Москве живых людей осталось во много раз меньше, чем было неделю назад, и в основном – все скучены по безопасным местам, однако тем, кто до сих пор не выбрался из квартир, придётся очень несладко. В конечном счёте именно жажда в первую очередь выгонит выживших на поиски нового места для жизни. Человечество в своём развитии настолько привыкло к высочайшему уровню жизни и всем удобствам под рукой, воспринимавшимся как должное, что любая техногенная катастрофа ставила его в тяжелейшие условия из-за отсутствия альтернативных вариантов. В том, что за пригодные для жизни земли и простые деревенские дома с печками и колодцами вскоре начнётся драка, Андрей не сомневался. Однако то место, в которое он уезжал с семьёй, находилось не сказать чтобы в глуши – но в месте достаточно изолированном. Тупиковая просёлочная дорога, по которой, если не знать куда едешь, и ехать не решишь лишний раз. Деревня в тридцать домов, две трети из которых – летние дачи, окружена лесом. В относительной близости – небольшая река, а почти в центре деревни – достаточно приличный пруд, тем более зарыбленный карасём. У родителей – деревянный дом с двумя печками, несколько комнат, куры, участок двадцать соток с теплицами и огородом. Настоящее богатство по нынешним временам. Есть все шансы пережить катастрофу, пока кто-нибудь всё не организует и не появится возможность вернуться назад. Был ещё запасной вариант – в непосредственной близости от Москвы, если что-то пойдёт не так, располагалось крупное садовое товарищество на Ярославском шоссе, в котором на шести сотках был построен небольшой домик, но с летним водопроводом и абсолютно не готовый к холодам. Этот вариант рассматривался на временное размещение, если по каким-то причинам не удастся в один заход добраться до родителей. Дом принадлежал подруге Натальи, в нём иногда отмечались дни рождения или просто устраивались встречи семьями. А поскольку подруга, на момент когда полыхнуло, находилась на отдыхе с мужем на Сардинии – как раз под конец апреля, чтобы зацепить майские праздники – то разрешения можно было не спрашивать. Всё равно хозяева уже не вернутся. По крайней мере, в ближайшие месяцы точно. А к осени однозначно придёт какое-то понимание, что делать дальше.
