До реанимобиля везли каталку молча. Хоть и насмотрелись фельдшеры на смерть за время своей работы в скорой, но привыкнуть так и не смогли. Чисто по-человечески каждого такого бедолагу было жаль. И больше даже не его – тут уж кому сколько Господь отмерил, а скорее безутешных родных и близких, провожавших со слезами своих жен и мужей, матерей и отцов… а иногда и детей.
– Давай я вперёд тогда, пока бумаги заполню, а ты прокатись с покойным, – сказал Кузнецов. Коллега возражать не стала. Сели, тронулись. Настроение было с самого утра испорчено на день вперёд. Общее стрессовое состояние и чувство страха, витавшее в воздухе, вкупе с удручающими пейзажами вокруг только усугубляли общую картину.
Тронулись. Быстро выехали со двора, потому как возле соседнего дома началось какое-то непонятное шевеление. На улице тоже заметно прибавилось заражённых по сравнению с тем, что было вчера. Возле дома напротив на газоне лежало истерзанное тело крупной женщины в годах, на первом этаже в окне над ней не было стекла. Видимо, кто-то из инфицированных, проживавший в этой квартире, увидел спасавшегося человека и ударом тела выбил окно и выпрыгнул на улицу.
Реанимобиль быстро проскочил перекрёсток, возле которого несколько заражённых граждан ломились в стоявший на углу дома магазин – видимо, кто-то находился внутри. А через минуту свернул на прямую как стрела улицу, ведущую в направлении больницы. Ехать оставалось несколько минут. Олег уже дописывал карту вызова, как вдруг в салоне машины раздался громкий женский крик, затем послышались глухие удары и ещё раз крик, но на этот раз не ужаса, а боли. Кузнецов швырнул планшетку на торпедо и, повернувшись, выглянул в окошечко, которое вело из кабины в салон. Единственное, что он успел увидеть – это тело коллеги фельдшера, лежащее с разорванной шеей на полу. Из артерии хлестала кровь, а кожа была практически белой. А через секунду в Олега вцепились посиневшие мужские руки. Тот генерал-майор, к которому бригада реанимации приехала на выезд, ожил и, убив женщину, попробовал разорвать ещё одного живого, просунув обе руки в окошко. Кузнецову повезло: разъярённый мужчина схватил его за куртку, а не за тело. И что ещё подметил Олег – так это неимоверную силу, абсолютно не соответствующую внешнему виду весьма рыхлого и немолодого генерала. Сомнений не было никаких: человек умер не от сердечного приступа, а от подхваченной где-то заразы, хотя при визуальном осмотре укусов не обнаружилось. Всего вероятнее, заразился от кого-то через слюну.
