– Медведь?! – Она мгновенно вскочила, окончательно проснувшись, и кинулась к двери, шлепая босыми ногами по полу, как была, в сползающей с плеч футболке.
– Бонни!
Она остановилась и обернулась с непонимающим видом.
– Если не желаешь моей смерти, надень штаны и сделай что-нибудь с волосами, будь добра.
Уголки ее губ приподнялись в смущенной улыбке, и она побежала в ванную, где до сих пор лежали ее сваленные в кучу вещи. Через пару минут она вышла, успев почистить зубы и уложить волосы в прическу а-ля Хэнк Шелби. Растянутая футболка по-прежнему была на ней, но Бонни для приличия натянула джинсы. Финн спустился по лестнице вслед за ней и остановился на нижней ступеньке как раз в тот момент, когда Бонни кинулась Медведю на шею.
Телохранитель, надо отдать ему должное, не выскочил из дома в то же мгновение, закинув свою подопечную на плечо. Он только крепко обнял Бонни, прижав ее к себе и приподняв над полом, так что ее ноги повисли в воздухе. Медведь снова был в очках, его нижняя губа подозрительно задрожала.
– Крошка Рэй! Какого хрена ты творишь, детка?
Крошка Рэй. Финн с трудом сдержал улыбку. Значит, у нее тоже есть смешное прозвище. Он повернулся, чтобы оставить их наедине, но Бонни позвала его.
– Клайд, постой! Не уходи. Ты должен познакомиться с Медведем.
– Уже знакомы, – недовольно произнес телохранитель.
Бонни тут же набросилась на него:
– Медведь, не говори о Финне в таком тоне! Он ничего плохого не сделал, только помогал мне. И поверь, это было непросто.
Медведь опустил «Крошку Рэй» на пол и внимательно посмотрел ей глаза. Она уставилась на него в ответ, вздернув подбородок, с каменным выражением лица.
– Пойду сварю кофе, – буркнул Финн. Быть поводом для ссоры ему совершенно не хотелось.
– Ни с места! – рявкнул Медведь, и Финн замер, снова повернувшись к ним.
– Бонни вас любит, – как можно мягче сказал он. – А вы явно любите ее. Все остальное для меня не имеет значения. Но если вы думаете, что это дает вам право вламываться сюда и распоряжаться мной, я вам просто врежу. Я пять лет отсидел, и приемы у меня грязные. – Финн отвернулся и пошел на кухню. Тишина за спиной ясно дала понять, что его маленькая речь впечатлила аудиторию. Впрочем, ненадолго.
Медведь пошел следом, а за ним и Бонни.
– Да кто ты, мать твою, такой? – прорычал телохранитель, практически дыша Финну в затылок.
– Никто, – ответил тот и принялся шарить по шкафам, пока не нашел банку с кофе. Все той же марки, что и раньше.
– Вот тут ты прав, чувак. И с чего ты взял, что я позволю Бонни Рэй находиться в твоем обществе, засранец?
– Медведь! – Бонни кинулась между ними, видя, что оба готовы взорваться.
Но Финн сдержался. Он не винил Медведя. Просто не мог. Потому что представлял, как все это выглядит со стороны, и понимал его. Лицо Бонни выдавало ее чувства. Финн ей нравился. Необъяснимо, но факт. И если уж Финн это видел, то Медведь и подавно.
– Это бывший уголовник со свастикой на груди и тюремными наколками на спине, Рэй! Ты головой-то думаешь?
– Да, и сейчас я думаю, что тебе лучше присесть. Отойди и успокойся. Живо. – Бонни указала ему на один из кухонных стульев, и Медведь неохотно подчинился. Гризли оказался дрессированным. Бонни осталась рядом с Финном, и ее близость придала ему уверенности. Тем самым она словно говорила, что не считает его ничтожеством.
– Ты влипла, Бонни. Твоя бабуля с ума сходит. И теперь, полюбовавшись на этого чувака, я готов ее поддержать! – снова начал Медведь.
– Ты же с ней поговорил, да? И с полицией? Сказал им, что со мной все в порядке. И ей тоже. Да? – спросила Бонни.
– Полиции я ничего не говорил. Сначала мне нужно было убедиться, что с тобой все хорошо. Твоей бабуле я все передал, но она не поверила. Черт подери, Рэй, да я и сам не верю! Она выступает с заявлениями на ТВ, дает интервью таблоидам, достает копов.
– Она беспокоится обо мне или ее больше волнует моя репутация?
– И то и другое!
– Почему? Ну почему нельзя хоть ненадолго от меня отстать?
– Она боится, что все ее труды…
– Ах, ну конечно. Ведь это бабуля всего добилась, – перебила Бонни.
Финн коснулся ее руки в знак поддержки, после чего вернулся к приготовлению кофе.
– Она боится, что ты совсем отбилась от рук, Рэй, – сказал Медведь, немного смягчив тон.
– А сам ты что думаешь?
Телохранитель посмотрел на Бонни, задержав взгляд на ее коротко остриженных волосах, этой очевидной улике, и явно обратив внимание на то, что она ни на шаг не отходит от Клайда.
– Я думаю, что ты уже давно стоишь на краю, Крошка Рэй. В последнее время ты была сама не своя. Другие это тоже замечали. Среди твоих ассистентов ходят слухи, что ты села на наркотики, но никто не видел, как ты принимаешь таблетки или колешься. Все знают, какие проблемы у твоего братца Хэнка, и думают, что, может, это у вас семейное. Ты уже многие месяцы сама на себя не похожа.
– Наркотики тут ни при чем, Медведь. Причина в другом, и ты это прекрасно знаешь.
– Знаю, Крошка Рэй. – Он тяжело вздохнул. – Тебя надломило горе. Только я боюсь, что ты нашла плохой способ справиться с этим. – Его темные глаза снова уставились на Финна.
