Высоким тощим мужчиной, похожим на скелет, был следователь Харви Бушинг. Похоже, он нисколько не изменился. Когда он посмотрел на меня своими глубоко запавшими глазами, мне показалось, что он видит меня насквозь и догадывается обо всем, что я скрываю. Мне захотелось бежать, как это было при нашей первой встрече, когда следователь Бушинг обвинил меня в нескольких убийствах. Мне пришлось напомнить себе: «Он ничего не знает об этом». Для него здесь ничего этого на самом деле не было.
Кроме убийства молодой женщины в Ривер-Парке, в ста ярдах от моего дома.
Я сразу сообразил, в чем дело. Я где-то пропадал двое суток, а два дня назад неподалеку от моего дома была убита женщина по имени Бетси Керн. Следователь Бушинг вряд ли посчитал это случайным совпадением.
Он представился, мы пожали друг другу руки, и его рука оказалась такой же сухой и вялой, как и в первый раз.
– Рад видеть вас живым и здоровым, мистер Моран, – сказал Бушинг. – Я как раз заглянул к вашей жене, чтобы узнать, нет ли у нее каких-нибудь известий от вас, а вы уже дома.
– Вы выбрали самый подходящий момент. Да, я дома.
– Полагаю, мне не нужно говорить вам, что ваша жена была в панике.
– Не сомневаюсь в этом.
Следователь улыбнулся, демонстрируя желтые зубы, которым не помешал бы хороший ортодонт.
– Как насчет того, чтобы нам сесть и поговорить? Мне очень хочется узнать, где вы пропадали.
– Если честно, я устал, и мне бы не помешал душ. Это не может подождать до завтра?
– Много времени я у вас не отниму, мистер Моран. Пожалуйста! – Он произнес это так, что не оставил мне пространства отказаться.
Следователь уселся в плетеное кресло. Я устроился на неуютном диване у окна, а Тай подсела ко мне, накрыв мою руку своей. Поглаживая мою руку, она наткнулась на перстень Роско и удивленно посмотрела на него.
– Давно ты его носишь? – спросила она.
– Нашел в столе, – пожал плечами я. – Остался со школы.
У Тай на лице мелькнула беспокойная тень. Она была из тех, кто обращает большое внимание на одежду и украшения; именно внимание к мелочам делало ее таким хорошим менеджером по организации мероприятий. Несомненно, Тай подумала, что уже давно заметила бы перстень у меня на пальце.
– Итак, мистер Моран, – начал следователь Бушинг, – просветите нас. Где вы были на протяжении последних двух дней?
Мне нужно было придумать что-нибудь убедительное, поэтому я рассказал то, что по крайней мере частично соответствовало действительности.
– Если честно, я не знаю. Несколько часов назад я очнулся на Военно-морской пристани, и я понятия не имею, как туда попал. Я был потрясен, узнав, как долго пропадал. Я ничего не помню из того, что случилось со мной за этот промежуток времени.
– На Военно-морской пристани? – удивленно спросил следователь. – Правда?
– Да. Я спал на скамейке. На самом деле меня разбудил полицейский. Не сомневаюсь, он это запомнил.
– До Военно-морской пристани отсюда больше десяти миль. Как вы туда попали? Пешком? На автобусе? Вас кто-то туда отвез?
– Как я уже сказал, я ничего не помню.
– Хорошо, какие ваши последние воспоминания? – спросил Бушинг.
Я замялся, поскольку все, что произошло в этом мире, не имело для меня никакого смысла.
– Все очень смутно. Помню, в понедельник вечером я ужинал вместе со своим дедом. Еда из китайского ресторана.
– И после этого ничего?
– Кажется, ничего.
Бушинг повернулся к Тай:
– Скажите еще раз, когда ваш муж ушел из дома?
– Во вторник около девяти вечера. Он собирался прогуляться в парке.
Следователь снова повернулся ко мне:
– Этого вы не помните, мистер Моран?
– Нет.
– Вы ничего не помните из того вечера?
– Абсолютно ничего.
– У вас раньше случались провалы в памяти?
– Никогда.
– Вы в тот вечер употребляли спиртное?
– Мой муж почти не пьет, – вмешалась Тай. – Изредка пиво или бокал вина, и всё. Во вторник я приготовила на ужин филиппинские блюда, и мы пили салабат. Это имбирный чай.
Я с удивлением узнал, что в этом мире у Дилана Морана не было никаких проблем с выпивкой. Он также держал под замком свои чувства и нрав. И был женат на Тай. Другой человек. Другой выбор.
– Вы обыкновенно гуляете по одному и тому же маршруту? – спросил Бушинг.
– Вообще-то нет.
– Вы никого не встретили?
– Я вам уже говорил, я ничего не помню. Если Тай говорит, что я вышел из дома прогуляться, значит, так оно и было. Но после этого у меня нет никаких воспоминаний до того, как я очнулся на скамейке у озера.
Следователь Бушинг достал из внутреннего костюма своей мешковатой спортивной куртки фотографию и протянул ее мне. Это была та самая фотография, которую я видел на первой странице «Трибьюн». Фотография женщины, убитой в Ривер-Парке.
– Вы узнаёте эту женщину? – спросил следователь.
– Нет, – покачал головой я.
– Вам она не кажется знакомой?
– Нет.
– Вы когда-либо видели ее в вашем районе?
– Я же сказал вам, нет. Кто она такая?
– Она была убита, – шепнула мне на ухо Тай.
– Убита? – изобразил удивление я. – Это ужасно!
