Дорогу мне преградила высокая девица в черном полупрозрачном топе без лифчика и розовой юбке. Она схватила меня за подбородок. Ее пустой затуманенный взгляд красноречиво говорил о том, что она чем-то накачалась.
– Угостишь меня выпивкой? – прокричала девица.
– Извини.
– Ну же, не жадничай! Один мартини.
– Не могу.
Я попытался протиснуться мимо нее, но она плотно прижалась ко мне, высовывая язык между зубами.
– Я сделаю так, чтобы ты не пожалел.
– Я здесь не один, – поспешно придумал оправдание я.
– И что с того? Она может присоединиться к нам. Я ее видела. Классная телка.
Моему рассеянному сознанию потребовалось какое-то мгновение на то, чтобы понять смысл ее слов. Я схватил ее обеими руками за плечи:
– Ты меня видела сегодня? Со мной была женщина?
– Ну да. Крутая блондинка.
– Где?
– О чем ты?
Девица попыталась высвободиться из моих рук.
– Пусти меня, извращенец!
– Говори! Где ты видела ту женщину, с которой я был?
– Да пошел ты!
Вырвавшись, девица ткнула мне в лицо средний палец. Раздраженно тряхнув волосами, она заковыляла на высоких каблуках к стойке. Я поймал на себе любопытные взгляды других посетителей. Двое широкоплечих верзил, вероятно вышибалы, направились ко мне. Я растворился в толпе, затерявшись среди бурлящих тел. Теперь, убедившись в том, что Карли здесь, я не мог допустить, чтобы меня выставили вон.
По голове долбил неумолимый пульс музыки. Мельтешащие огни вызывали головокружение. Я протискивался через зал, отталкивая людей с дороги. Никто не догадывался о происходящем; никто не понимал причины моей паники. Люди смеялись. Кричали. Пьяные девицы целовали друг друга в губы. Я видел вокруг себя лишь калейдоскоп потных тел, в котором лишь на долю секунды появлялись и исчезали лица.
Вспышка. Лицо. Свет гаснет. Лицо исчезает.
Сотни людей плотной толпой обступили меня, непрестанно двигаясь, непрестанно меняя положение. Я старался мысленно выделить кого-то отдельного.
Мужчина. Женщина. Все лица незнакомые.
И вдруг я увидел его.
Разноцветные огни мигали, мигали, мигали. Его лицо вспыхивало и пропадало в свете стробоскопа, но это был он. Мой двойник, мое второе я, моя тень. Держа в одной руке стакан, он танцевал медленно, но энергично, выплескивая адреналин. Его голова раскачивалась из стороны в сторону подобно кобре, готовой совершить бросок, а у меня в сознании звучал неумолимый ритм: «Найди ее, найди ее, найди ее!». Но Карли с ним не было. Я всмотрелся в лица поблизости, но не увидел ее. Я попытался протиснуться к своему двойнику, чтобы вцепиться ему в горло, однако другие танцоры образовали сплошную стену. Я не мог двинуться с места. Ритм становился громче, колотя мне в грудь ударами боксера.
Его голова перестала двигаться. Он ощутил мое присутствие. Все его тело застыло, и затуманенный взгляд, метнувшись по сторонам, остановился на мне. Мы стояли, глядя друг на друга через ритмичную оргию танцевального зала. Я крикнул, однако мой голос потонул в гуле музыки. Мой двойник приветственно поднял свой стакан. Его угрюмый рот скривился в усмешке, и я понял, что означает эта жуткая гримаса.
Я опоздал.
Я снова закричал. Никто не обращал на меня внимания. Никто меня не слышал.
Огни погасли и вспыхнули. За эту долю секунды Дилан исчез. Покинул то место, где только что находился, и больше я его не видел. Однако Карли по-прежнему находилась где-то здесь. Умирающая. Я это знал. Я снова стал проталкиваться сквозь толпу. Добравшись до кирпичной стены, я направился в самую дальнюю часть клуба, где посетители прятались от музыки и столпотворения. Я протискивался мимо парочек, занимающихся в темноте любовью. Я поскальзывался на пролитых напитках и бог знает еще на чем. В мигающем свете стробоскопа я заметил на полу человека. Женщину. Она сидела в углу, подобрав к груди колени и обхватив их руками.
Подбежав к ней, я опустился рядом на корточки. Ее лицо было закрыто волосами. Я смахнул их в сторону. Ее взгляд был пустой, невидящий. Карли повернула голову и посмотрела на меня, но едва ли что-либо увидела. У нее зашевелились губы; она что-то сказала, но я ее не расслышал. Я обнял ее, и моя рука потонула в реке крови. Отдернув руку, я увидел, что пальцы покрыты алой краской, пульсирующей в огнях цветомузыки.
Никто меня не услышал.
Прижавшись губами Карли к уху, я прошептал:
– Карли, держись! Пожалуйста, держись! Не уходи!
Она уронила голову мне на плечо, как делала уже миллион раз. В кинотеатре, в машине, перед камином, в кровати. Это было таким теплым, таким хорошим, таким знакомым, словно могло продолжаться вечность. Но Карли снова покидала меня. Ее уносил прочь поток крови, хлещущий сквозь мои пальцы. Приложив ладонь к ее груди, я почувствовал хриплое, сдавленное дыхание.
– Карли, я тебя люблю.
Вдох.
Выдох.
– Ты моя жена. Я тебя люблю.
Вдох.
Выдох.
И затем ничего.
– Карли!
Ничего. Она ушла. Я нашел ее и снова потерял.
