– А он красавчик, – с лёгким придыханием сказала Кармен.
– Ну пойди дай ему прямо в этой машине, – с ухмылкой выдала Гелла.
– Слушай, подруга, закрой свой ротик, – огрызнулась Кармен. – И лучше используй его в рабочих целях.
– Так, девки, заткнулись обе, – вмешался Лёха. – Сейчас не время трахать друг другу мозг. Надо поскорее выбираться из этого ада.
Когда друзья добрались до центра, городские часы пробили полночь и было ощущение, что в этот момент ад отрыгнул в наш мир всех своих демонов и чертей. Люди в панике метались по улицам, не понимая, что происходит. У кого-то начинало срывать крышу и буквально за секунды формировалась кучка одуревших людей, которые с дубинками, камнями и всем, что под руку попадётся, кидались на витрины магазинов, громили кафе и рестораны. Языки пламени охватывали одно здание за другим и перед глазами уже стояло беспорядочное месиво из битого стекла, обгорелых построек и окровавленных лиц.
– Ад пуст, все демоны здесь, – тихо выдавил из себя Арс, буквально парализованный происходящим.
– Арс, не тормози, ты чего?! – Лёха схватил его за руку и потянул за собой.
Пьяные гопники ссут на избитого мента, какой-то обнажённый жирдяй пихает свой орган в задний проход уже почти не сопротивляющейся молоденькой девушки, щуплый укурыш на фасде театра рисует баллончиком мужской член – чего только не насмотрелась компания, мчавшись вдоль обезумевшего проспекта.
Решив перевести дух, ребята остановились недалеко от театра, и увидели, как два молодых парня с рабоче-крестьянскими мордами силой ставят на колени пухленького солидного мужика.
– Сейчас, мразь, ты у меня будешь сосать, – под жёсткой синькой один из парней, стал расстёгивать брюки. – Вы, зажратые суки, думаете, что только народ должен у вас сосать, держите нас за лохов, завтраками нас кормите! Заебали!
– Я вас прошу, пожалуйста, мы можем договориться, – побледневший от ужаса мужик полез в карман пиджака за бумажником, но парень выбил из его рук кошелёк и схватив за затылок, прижал депутатскую физиономию к своим гениталиям. – Поздно, батенька! Соси, сука! Соси, я сказал!
– Фу, блять… Не могу на это смотреть, – когда всё началось, Гелла брезгливо отвела глаза. – Ребят, надо где-то переждать этот пиздец. Давайте в театр завалимся. Он пока ещё цел.
На служебном входе охранника не оказалось и компания беспрепятственно прошла в главный вестибюль.
– Слышите, – Арс остановился. – У них там по ходу ещё спектакль идёт. – Давайте тихонько зайдём.
Эту компанию довольно сложно чем-то поразить, но как только они открыли дверь в партер, застыли в лёгком недоумении. Обнажённая пара совокуплялась прямо на сцене.
– Кто вас сюда пустил? – долговязый лысый режиссёр кинулся к молодёжи. – Вообще-то идёт репетиция.
– Репетиция? Ночью? – удивилась Кармен.
– Ну да. Нам дали сутки свободы. А я всю жизнь мечтал поставить «Идиота» в своей интерпретации.
– Какой свободы? – не понял Лёха.
– А вы, что, не в курсе?
– В курсе чего?
– Отменили не только уголовную ответственность за убийство, но и, вообще всю законодательную систему. Каждый делает, что хочет. Когда хочет, с кем хочет. Можно абсолютно всё и тебе за это ничего не будет. В стране отменена всякая цензура. Современному режиссёру грех этим не воспользоваться. Завтра днём проведём генеральную репетицию, а вечером даём спектакль. Билетов уже не осталось, разлетелись за пару часов. Мясников, да ты можешь своей пиписькой интенсивнее работать?! – рявкнул режиссёр в сторону артистов. – Настасья Филипповна сейчас уснёт! Ребятки, мои дорогие, соберитесь! Зрители идут на классический хороший трахач. С книгой или сериалом они могут и дома ознакомиться.
– А Мясников, я так понимаю, играет князя Мышкина, – спросила Гелла режиссёра с искренним интересом.
– Ебышкина. У меня он Ебышкин.
– Это… очень модерново.
– Ладно, прошу меня извинить. У нас репетиция. Завтра после премьеры зальём на ютуб видеоверсию. Можете посмотреть.
Режиссёр вернулся к артистам, а ребята тихо удалилась из зала. Выйдя на балкон театра, Арс закурил. К нему присоединился Лёха. Уже через пару секунд дымили все четверо, наблюдая, как внизу люди теряют последние остатки человеческого облика.
– Мышкин-Ебышкин, культурка-шмультурка, полИтичка-психичечка, –больше сам себе, чем друзьям пробубнил Арс. – Всё обесценивается. Куда теперь?
– Я бы сейчас влила в себя бутылку вина, – отрезала Гелла.
– А я выйду в эфир с очередным моноспектаклем, – сказала Кармен.
– А ты, Лёх?
– А мне кажется, самые грамотные планы, которые можно построить на апокалипсис – это выспаться.
И тут даже не поспоришь.
***
