Силантьев вскочил с краешка кресла, на котором он примостился, и бухнулся на колени. Хоть не стал кричать классическое «Не вели казнить», и то хлеб. Потом вспомнил, что я этого не люблю, встал и посмотрел на меня чуть ли не с собачьей преданностью. Меня аж внутренне передернуло. Это вторая вещь, после отвратного освещения, к которой я не могу привыкнуть. Если люди, которые уже становились моим окружением, быстро адаптировались к тем требованиям, которые я предъявлял, то с остальными было сложнее. Причем касалось это как дворян, так и низших сословий. Одно дело дистанция и соблюдение субординации, но добровольное желание бухаться на колени и бить поклоны за гранью моего понимания. Дворяне на колени не бухались, но их заискивающая манера общения злила не меньше. Я-то ладно, из-за образа человека злобного и не совсем адекватного меня особо не донимали. А вот как Александр умудрялся сохранять душевное равновесие в этих потоках лжи, я не знаю.
– Твоя задача сейчас усложняется. Мнится мне, что рессора твоя в изготовлении дорогая, и ты использовал самые лучшие сорта железа.
Судя по изменившемуся лицу мастера, я угадал.
– Набирай помощников, запрашивай нужные сорта железа и дерева. Твоя задача – к лету изготовить рессоры и телегу. Лучше сразу добротную фуру в нескольких вариантах. Не стесняйся, если нужен совет или помощь, обращайся к Кулибину Ивану Петровичу. Слышал о таком?
– Кто же о нем не слышал. – Силантьев даже обиделся такому вопросу.
– Тем лучше. Я хочу, чтобы он возглавил будущее производство. Вернее, это будет не завод, а экспериментальная мастерская. Там будут конструироваться и проходить испытания новинки. А изготавливать их будут на других производствах. Также внимательно выслушай Данилова Александра Михайловича, у него есть полезные замечания по недостаткам армейских фур. Одно другому не мешает, попробуете улучшить и эти повозки. Если нужно закупить образцы, то закупайте. Но лучше уточнить у полкового интенданта, наверняка всего этого достаточно в полковом хозяйстве. Вместо того чтобы их покупать, пообещай ремонт. Интенданты люди неглупые, поймут выгоду от такого сотрудничества.
Разговор с Федуловым состоялся немного позже. Мастер после успеха в изготовлении шаров для петанка не испытывал нужды в деньгах. Фонд регулярно заказывал шары, а Астафьев разместил у него заказы на несколько видов канцелярских принадлежностей. Федулов мелочиться не стал и организовал мануфактуру, нанял работников. Использовал систему, похожую на артель, послушав мои советы еще полгода назад. Сейчас производством руководил его брат, а сам Кондрат заскучал. Он был больше мастером и художником, а вот поточное производство было не его стихией.
– Твоя задача – изготовить лампу для освещения, – ставлю задачу, после того как выслушал мастера. – И не просто лампу, а целое устройство. В качестве топлива в лампе пока будем использовать спирт, благо он есть в больших количествах. Само топливо еще необходимо изготовить. Но можешь поискать в Новгороде.
Только действуй не напрямую, а через управляющего Некрасова. Не нужно лишний раз показывать, к каким предметам у нас есть интерес.
– Так, может, оно, топливо это, будет для освещения непригодно? – начал обсуждение Кондрат. – Знаю я про этот спиритус. Света от него едва ли как от лучины. Может, лучше масло, а еще можно ворвань из тюленьего или китового жира. Ворвань и копоти дает меньше, а свету чуть ли не в десять раз больше масла.
– Ты это правильно заметил. На спирту у нас будут самые первые твои работы. Как только изготовишь рабочую лампу, будешь переделывать ее под другое топливо. Не найдем достаточного количества спирта, так используй масло или ворвань. Я намедни разговаривал с Кулибиным и узнал от него много занятных вещей. Он мне рассказал про белую нефть. Астафьев узнал у местных купцов, что наш русский заводчик Прядунов[73]производил ее еще пятьдесят лет назад. Но завод закрылся за неимением спроса. Спрос мы обеспечим такой, какой никому не снился. И зависеть это будет от тебя. Вот примерная схема лампы, – передаю листок Кондрату. – Лампу изобрел один немец, который давно помер. Схема нарисована с чужих слов. Но лампа работала, значит, и у тебя получится. Стеклянный колпак, металлическое основание и рычажок, регулирующий подачу топлива.
Кондрат схватил бумагу и впился в мои каракули, изображающие керосинку так, как я ее помнил. Как-то в деревне у родственников, еще в детстве, с интересом рассматривал лампу. Что смог, то изобразил, хотя художник из меня от слова «худо». Было у меня для мастера еще одно задание.
