Лёжа на боку, оцепенев от ужаса, Скип слышал вокруг себя нарастающее хриплое пение прихожан. Казалось, вот-вот начнётся какая-то официальная церемония. Он смотрел на неё с тупым ощущением нереальности происходящего. Гудящая песнопения продолжалась, белая фигура руководила ею, раскачиваясь и театрально размахивая руками. Раздавались стоны, и воздух наполнялся странными жестами. Время от времени один из культистов падал на землю и корчился. Под Эдисоном была сложена куча дров, и теперь – по крику Бромли – группа начала собирать растопку из ближайшей кучи и складывать её под второй, пустой треногой.
Было совершенно очевидно, что они собирались сделать.
Скип увидел, как кто-то прикрепил тонкий стальной трос к ремням, связывающим его лодыжки. Он уставился на сложенную кучу дров у основания пустого штатива. Он увидел другой штатив, на котором всё ещё висело тело Эдисона. Его охватила странная усталость, когда две обнажённые женщины, вымазанные красной охрой и держащие горящие факелы, обошли кучу дров под телом Эдисона и подожгли её.
Теперь наркотики, или яд, или что там ещё дали Скипу, начали действовать по-настоящему. Цвета стали ярче, гул песнопений врезался в мозг. Земля словно сдвинулась. И сновидное ощущение, заполнившее его мозг, начало успокаивать тревогу и страх, заменяя их тупым ощущением безразличного принятия.
Он услышал тихое шипящее пение, медленно наполняющее воздух, словно пар. Пламя взметнулось вверх, и он увидел, как искры, искажённые и галлюцинаторные, начали кружиться в ночном небе.
НОРА СКРЫЛАСЬ ЗА упавшим тополем, с нарастающей паникой наблюдая за происходящим на вершине холма. Они с Корри разработали план, разделились и заняли позиции, но как раз когда они собирались его осуществить, Скипа неожиданно сбросили в тёмную яму, которая, судя по всему, была подземной кивой.
Нора испытывала мучительную тревогу: его могли убить в киве, пока они с Корри беспомощно ждали. Корри, согласно плану, находилась на другой стороне плато, и связаться с ней или изменить их план было невозможно. Норе оставалось лишь надеяться – с горькой иронией – что для Скипа установили второй штатив. Ведь это означало, что им придётся поднять его обратно – живым. И когда это произойдет, она будет готова.
Она сжимала в руке «Глок» Корри, резиновые накладки на рукоятке были скользкими от пота. Как и большинство людей, выросших на ранчо на Диком Западе, она стреляла из многих видов оружия, но никогда не стреляла из «Глока». Она напомнила себе, что цель не в том, чтобы кого-то убить, а в том, чтобы отвлечь внимание и создать шум, который позволил бы Корри выполнить свою часть плана.
Она ждала, сердце мучительно колотилось. Наступила глубокая ночь. Было безлунно, и небо было усыпано бесконечным множеством звёзд. Она слышала журчание реки Галлина, кваканье летних лягушек, трели сверчков. Поднявшийся ветер колыхал тополя. Все её чувства были на пределе.
И тут, к своему огромному облегчению, она увидела – сквозь мерцающий свет костра – как кто-то вытащил Скипа из кивы и бросил его на землю рядом со вторым треногой. Её облегчение быстро сменилось ужасом, когда она увидела, как под первым треногой разгорается огонь, и почти сразу же взметнулись вверх языки пламени.
Пришло время действовать. Когда Корри услышит выстрелы, она будет знать, что делать.
Нора, пригнувшись, побежала к подножию плато, затем начала подниматься по склону, одной рукой пробираясь сквозь камни и кустарник, а в другой сжимая «Глок», и двигалась так быстро, как только могла. Скандирование и порывистый ветер заглушали любой издаваемый ею звук, но света у неё не было, и земля была совершенно чёрной. Она упала один раз, ударившись коленом о землю; поднялась; похромала; снова упала. Лёгкие горели. Но она не обращала на это внимания, как и на боль в колене: все её мысли были о Скипе и о том, что они собирались с ним сделать.
Она замедлила шаг, приближаясь к краю плато, укрывшись за песчаниковым блоком и осматриваясь вокруг, чтобы увидеть ритуал или что там, чёрт возьми, происходило. Она слышала ещё больше песнопений и напевания. Огонь под телом Нэша быстро разгорался, колыхаясь на усиливающемся ветру и отбрасывая жёлтое свечение, которое мерцало и плясало по земле. Фигура в белом тоже появилась, и она увидела Скипа, лежащего на земле, оглушённого, пока мужчина в красном привязывал его лодыжки к тросу, перекинутому через второй штатив. Эти ублюдки собирались поднять и его.
Она не могла подойти ближе, не выдав себя, но теперь она была достаточно близко. И если ей удастся попасть хотя бы в одного, тем лучше. Она подняла пистолет, нацелила его на фигуру в красном, решила, что он слишком близко к Скипу, и повернулась к фигуре в белом. Но он был лишь движущейся тенью по ту сторону света от костра. Другие фигуры были ещё дальше, но гораздо ближе к ней были носилки, которые выставляли напоказ ранее. С такого расстояния это было поистине странное зрелище: иссохший труп мужчины, сидящего, скрестив ноги, в позе лотоса на постаменте или платформе.
