«В таком случае, — сказал мужчина, — ты должен пожертвовать собой».
Скип не был уверен, что правильно расслышал. «Что?»
«Теперь у тебя есть выбор — пожертвовать своей жизнью. Это мой дар милосердия к тебе — по сравнению с тем, что случилось с твоим другом».
Скип, глядя на сверкающий клинок, почувствовал тошноту. «Ты хочешь, чтобы я… покончил с собой?»
Фигура замерла. «Конечно».
«Нет. Чёрт возьми, нет. Я не это имел в виду».
«Ага. Не так уж и рьяно, в конце концов?»
«Я хочу присоединиться, но не таким образом!»
Какое-то мгновение фигура не двигалась. Очень медленно он снова завернул кинжал и передал его охраннику. Затем, к огромному удивлению Скипа, он поднял руки и снял маску.
КОМНАТА ДЛЯ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ в управлении шерифа округа Рио-Арриба, подумал Уоттс, вряд ли была высокотехнологичным заведением. Она больше напоминала пыльную заброшенную библиотеку, где полки за металлическими полками были заставлены одинаковыми картонными коробками, большинство из которых не открывали десять лет. Для небольшого округа, признавал он, это выглядело как куча хранящихся улик. По крайней мере, никто не мог сказать, что всё в беспорядке; напротив, каждая коробка была маркирована, зарегистрирована и находилась на своём месте, с собственной карточкой три на пять футов в большом старинном дубовом карточном каталоге. Управление шерифа получило грант на компьютеризацию досье в комнате для доказательств, но проект ещё не был завершён. В каком-то смысле это было хорошо: Уоттс знал старую систему хранения как свои пять пальцев, и его немало беспокоило, будет ли работать новая система – или, как он вполне ожидал, не будет работать.
Он зашел в каталог и нашел запись об убийстве Джона Доу, тело которого нашли туристы у слияния рек Галлина и Хама в июле двенадцать лет назад. Он уже знал, что жертва не Оскарби — тело не могло принадлежать Оскарби, потому что один взгляд на вскрытие показал, что оно было на добрых пять дюймов ниже высокого профессора. И ничто другое в жертве не совпадало с Оскарби : возраст, цвет волос, цвет глаз, телосложение и так далее. Это было жестокое убийство. Вскрытие, которое просмотрел Уоттс, показало, что жертву пытали, на его туловище in vivo вырезали спираль, и мужчину так сильно задушили, что его шея была частично разорвана.
По всем этим причинам Уоттс был почти уверен, что это пустая трата времени и не имеет никакого отношения к женщинам, найденным в пустыне. Но, поскольку он обещал Корри изучить улики, он решил всё же бегло их изучить.
Карточка с уликами показала, что дело, к счастью, ограничилось одной коробкой с уликами. Изуродованный Джон Доу был одет только в шорты и не имел при себе удостоверения личности. В карточке было указано, что все улики состояли из нескольких ювелирных изделий и «неопознанных предметов», найденных в карманах.
Уоттс посмотрел на часы. Боже, уже больше восьми, да ещё и пятница, вечер. Примерно в это время его обычно можно было застать играющим в бильярд с друзьями. Вот что он делал для Корри.
Он прошёл по главному проходу комнаты с вещественными доказательствами, сверяясь с номерами; свернул один раз, потом ещё один, и наконец нашёл то место, которое искал. Место было похоже на склеп: тёмное, безмолвное, пахло затхлой бумагой и чистящими средствами. Коробка стояла на высокой полке, вне досягаемости – естественно, – поэтому ему пришлось найти лестницу, перевернуть её и спустить документы. Коробка была лёгкой: по крайней мере, там не так много улик, которые нужно было бы перерыть.
Он отнёс его в зону осмотра, поставил на место и нажал на ближайший выключатель, озарив ярким светом ближайшие столы. Заполнив документы о передаче имущества, он развязал бечёвку, удерживавшую крышку коробки, снял её и заглянул внутрь. Коробка была практически пуста.
Первыми были обнаружены шорты мужчины, запечатанные в полиэтиленовый пакет. Затем – нижнее бельё. Затем – серебряное кольцо с бирюзой, мужской браслет из плетёного парашютного корда, серебряный шейный шнур и два небольших полиэтиленовых пакета. На этикетках было написано, что
Он взял один из двух мешочков. В нём лежал гладкий, обточенный водой камешек размером с мяч для гольфа. Подняв мешок, чтобы рассмотреть камень на свет, он внезапно ошеломлён: камешек внутри светился насыщенным травянисто-зелёным цветом. Он взял другой мешок: такой же.
Празиолитовые грозовые камни.
