Линдберга по-прежнему осаждали толпы, куда бы он ни пошел. Весной 1928 года он сел в самолет, чтобы немного полетать над аэродромом Кертисса. Был воскресный день, когда аэродром посещало много людей, желавших посмотреть на самолеты. Узнав о том, что здесь же находится Линдберг, на взлетную дорожку выбежало около двух тысяч человек. «В массовом буйстве», как писал «Тайм», две женщины получили травмы, несколько детей потеряли родителей, а остальные отделались синяками или порванной одеждой. Линдбергу пришлось скрываться в своем самолете четверть часа. Такова теперь была его жизнь. Даже когда они с Каррелем отправились в Копенгаген, чтобы продемонстрировать свою перфузионную помпу на научной конференции, полиции пришлось воздвигать баррикады для удержания толпы.
Уединиться нельзя было нигде. После бракосочетания в мае 1929 года Чарльз Линдберг и Энн Морроу отправились в морское свадебное путешествие у берегов штата Мэн на тридцативосьмифутовой яхте. На второй день они с негодованием следили за тем, как над ними летают самолеты с фотографами. Вскоре после этого их стал безжалостно преследовать катер с журналистами. «Целых восемь часов они беспрестанно кружили вокруг нашей яхты», – вспоминал впоследствии Линдберг, не скрывая своего раздражения.
Линдберги старались по мере сил вести нормальную жизнь. Чарльз устроился на службу в компании Transcontinental Air Transport (предшественницу TWA) и Pan Am. Все постепенно шло к тому, чтобы он занял один из руководящих постов, как их с Энн размеренную семейную жизнь прервало ужасное происшествие. В начале 1932 года через окно верхнего этажа в их дом близ Хоупвелла в Нью-Джерси пробрался некий злоумышленник, похитивший их малолетнего сына, Чарльза Огастеса-младшего. Несмотря на то, что родители выплатили выкуп в 50 тысяч долларов, через два месяца было найдено тело ребенка.
Но и в глубоком горе супруги Линдберг не могли найти уединения. Над их домом на низкой высоте постоянно летали самолеты, предлагавшие любому всего за два с половиной доллара посмотреть на известных людей. В морг в Трентоне каким-то образом проникли два фотографа, сделавшие фотографии мертвого ребенка. Эти фотографии были слишком мрачными для публикации в газетах, но их можно было купить с рук за пять долларов. Когда в городке Флемингтон в штате Нью-Джерси начался судебный процесс над предполагаемым преступником, немецким иммигрантом Бруно Ричардом Хауптманном, в первый же день в него приехали сто тысяч любопытных зевак. В феврале 1935 года Хауптманн был признан виновным и приговорен к казни. Палачом его был Роберт Дж. Эллиотт.
К тому времени Чарльз и Энн решили, что с них хватит жизни в Америке, и переехали в Европу, сначала в Кент в Англии, а потом на крошечный остров у северного побережья Бретани. На соседнем острове находился летний дом Алексиса Карреля и его жены. Линдберги много путешествовали по Европе, но чаще всего по Германии. В 1936 году Чарльз посетил Олимпийские игры в Берлине и остался чрезвычайно довольным приемом, устроенным ему нацистами. Позже он писал другу, что немцы «обладают благопристойностью и представлением о ценностях, далеко превосходящими наши» – довольно странное мнение о нацистской Германии того времени.
В 1938 году Линдберг принял орден Германского орла из рук Геринга, что многие американцы сочли возмутительным. Энн с горечью, и вполне обоснованно, утверждала, что это произошло во время официального обеда в посольстве США в Берлине, что Геринг был гостем американского правительства и что Линдберг не знал о предстоящем награждении. Да, все это было действительно так. Но, с другой стороны, он так и не вернул награду, даже после того как США объявили войну Германии.
Нет никаких доказательств, что Чарльз Линдберг когда-либо поддерживал зверства нацистов, но тот факт, что он их часто хвалил и оправдывал, говорит о многом. Они с Энн были поклонниками Адольфа Гитлера, и Энн описывала Гитлера, как «провидца, искренне желающего блага для своей страны». Линдберг называл Гитлера «несомненно великим человеком». Он признавал, что иногда фашисты демонстрируют склонность к фанатизму, но утверждал, что «многие из достижений Гитлера было бы невозможно осуществить без некоторой доли фанатизма».
Линдберги серьезно подумывали о переезде в Германию, но как раз в это время произошла печально известная «Хрустальная ночь», когда жители по всей Германии громили еврейские магазины и дома. Свое название эта серия погромов получила из-за разбитых стеклянных витрин. По сути это было грандиозное побоище при поддержке властей. В своей книге «Гитлерланд» Эндрю Нагорски описывает случай, когда маленького мальчика выбросили из окна на улицу; весь в крови, он попытался уползти, но толпа принялась пинать его ногами, и запинала бы до смерти, если бы его не спас проходивший мимо американец. «Хрустальная ночь» ужаснула весь мир.
