– Что тебе? Пусти, дурак! – закричал Никола и попытался освободить руку, но мертвая хватка, казалось бы, хрупкого и истощенного человека, сжимала словно тиски.
– Последний атлант упадет, осколки его будут сыпаться на головы, в море крови утонет весь народ, – проговорил безумный и, отпустив руку, отошел в сторону, позорно потупив взор.
– Хрустальный шар! – выпустив Николу, сумасшедший закричал, сопровождая речь взмахами рук, – хрустальный, такой хрупкий, кажется хрупким, но нет! Он тверд как сталь! В нем есть что-то, живое и жуткое… В нем течет сила!
– Какой ещё шар? Бред сумасшедшего! – брезгливо Никола отстранился и ускорил шаг. Вспомнишь о своем сне, который совпал с бреднями сумасшедшего.
– Он что провидец? Или ему сниться такой же сон как и мне? Но почему, это знак, или проклятие? – Ник сильно оробел, чего же ещё ждать от своего спутника?
Никакого проку от него, не дай бог с ним идти обратно, я с ума сойду. Он только пугает меня! – подумал Никола, и посторонился, смотря на сумасшедшего уже иным взглядом.
– Одно радует, ты умеешь говорить! Расскажи мне о себе лучше, чем нести всякий бред!
– О себе?– переспросил больной, словно не расслышав, и начал, – я больной нищий, изгой.
– Изгой? – ужаснулся Никола.
Изгоями называли людей, публично выдворенных за ворота поселений навсегда. Где они сосуществовали вместе, либо сходили с ума в одиночестве, или умирали с голоду. Их клеймили на лбу, но у безумного не было шрама. Но их история начиналась задолго до его рождения. Племя безумцев. Выродков.
– За что тебя изгнали? Ты ведь не мой земляк, и клейма нет… я тебя не помню, – Никола пристально всмотрелся в лицо спутника, – должно быть старше меня. Прошлое поколение.
– Убийца мира, пожиратель плоти. Предсказав смерть его, кошмары одурманили мой разум. Теперь я не сплю, и скитаюсь, как призрак по пустыне свалок в поиске входа.
– Входа куда? – удивился Никола. Выхода из города не было точно, а вот входа куда-то – это был вопрос интересный.
– Главный демон не знает свою судьбу, она под вопросом, земля под ним проваливается. Он тонет в песке, он думал, что всесилен, но у него власти нет над микробами. Мы – микробы. Я – амеба. Хрустальный шар всему виной. Темницы переполнены, и скоро выплеснется их содержимое, вместе с выгребной ямой.
– Вход куда? – переспросил Никола.
– Паучиха оставила кладку яиц в темноте, нужно их разбить, иначе входа не будет.
– Понял, прямого ответа от тебя не получить! – улыбнулся Никола, – Какая паучиха?
Сумасшедший испуганно осмотрелся.
– Она следит за всеми, яд её смертелен. Она отравительница, царица всех мертвых среди живых. Взгляд её подчиняет и сводит с ума. Укус её заразит злом, – безумец помрачнел.
– Ты рассказываешь небылицы, – возразил Никола, – она живет в шаре?
– Нет. В шаре живет нечто особое. Иное. Не понятное. Оно мне снится, манит меня, и сводит с ума. Оно разрывает меня на части, я – то один человек, то другой. Белый свет, ему невозможно противостоять. Шар всему виной. Хозяин шара знает. Он знает обо мне, и о тебе. Мы добыча для него – мясо.
– Ты о чем? – Никола вздрогнул.
– Сезон охоты открыт, мы добыча. Ты – добыча. Тебе нужно бежать. Нам нужно бежать, но, мы в круге, нам некуда бежать. Мы будем стоять и умрем, тогда все умрут вместе с нами, или мы вместе со всеми…
– Оно знает о нас. Его любовь безгранична. Но шар всему виной.
– Виной чему? Оно? Кто? – Никола ничего не понимал, – какой к черту шар?
– Бедам, обрушившимся на нас, слезам нашим горьким. Оно гениально, оно все, что вокруг! Оно – сама жизнь!
– Но никаких бед давно нет, разве что люди пропадают, – Никола задумался.
– Они пропадают, но появляются в другом месте.
– В каком месте?
Безумный затрясся в страхе.
– Ужасном, там много ненависти. Там грязь и вонь, – он заплакал.
– Ты, случаем, не оттуда? – с сарказмом спросил Никола.
– Оттуда никто не возвращается. Падальщики выклевывают глаза пришедшему и уходящему.
– Где оно находится? Это место? – поинтересовался Никола, разговор ему был очень интересен, особенно с неадекватным посторонним человеком.
– Никто не знает туда дороги, кроме червей, пожирающих трупы. Они выползают из тумана, вечного непроглядного тумана Дна.
– Киолских Луж? – Киолские Лужи – область по очистке воды. Там осуществляется её подача городу. Над фабрикой стоит постоянный туман. Её смотритель Киол, давно запечатал станцию вместе со своей сворой роботов. Киол был жестоким андроидом, свято соблюдающим устав. Никто его так-то и не видел воочию, и его существование представляло собой скорее миф, чем реальность. Высшие люди не любили слишком властных роботов, не любили они и андроидов, хотя и создавали их, для управления Техносферой.
Спутник кивнул головой.
– Туда нельзя ходить. Это врата в их логово…
– Ценное в том логове есть? – поинтересовался Никола.
– Есть. Там хранится главное сокровище Дна.
– Сокровище? – глаза Николы загорелись.
– Жизнь – главное сокровище.
– Жизнь? Да она тут везде!
– Где дерево пустило свои корни, – ответил безумный.
– Дерево на Дне? Из разряда фантастики! Я в книгах такое читал.
– Оно священно! – затрепетал он.
