– Обещаю, что мы вернемся, совсем другими людьми – свободными! А сейчас мы идем мстить!
– Нечистый выродок! Глупец, посмевший поднять руку на свою мать! Императрицу! – Беллатриса ходила из угла в угол, размахивая руками и с пеной у рта проклинала, посмевшего поднять на неё руку, больного сына. В другом конце комнаты стоял Кузин, держа руки по швам. Он молчал.
– Мы отомстим ему! Он сгниет в безвестности, мы сотрем все упоминания о нем! Больной! Сумасшедший шизофреник! Нужно сдать его в лечебницу! А лучше заковать подлеца в цепи, и спустить в темницу! Я убью его!
– Темница разорена, – сухо ответил Кузин.
– Что?!! Что ты несешь раб?! – Императрица открыла рот, на её лице проявился ужас.
– Кто-то выпустил птичек, они разлетелись.
– Да ты в своем уме? Что ты такое говоришь! – Беллатриса не могла поверить, – кто? О тюрьме знают лишь приближенные! – нотка ужаса застыла на её лице.
– Тот, кто проник ночью в храм, и открыл двери, убив охранника, робота.
– Император об этом знает?
– Ещё нет.
– Тогда молчи! Мы во всем обвиним сбежавших! Сделаем их виноватыми. Но нужно будет от них избавиться раз и навсегда, они нам больше не потребуются! Полезный расходный материал.
– Они давали очень ценную информацию, даже будучи схваченными и заточенными в подвал.
– Теперь мы сами справимся. Мы – почти Боги Кузин! Мы в двух шагах от своего небывалого могущества!
Сделай их врагами! И займись поисками, а главных заговорщиков я возьму на себя! Они больше никогда не заговорят, только пусть сыграют свои роли – Беллатриса довольно свела губы.
– Уже нашел виновника, моя королева.
– Да?! И что же ты молчишь? Создаешь интригу, мой страстный любовник? – она подошла к нему вплотную и кокетливо погладила по щеке, затем со всего размаху ударив по ней.
– Говори! – закричала она во весь голос.
Кузин чуть качнулся, и снова выпрямился.
– Ну, что мой строптивый, кто же выпустил химеру? – вновь зашипела Императрицам.
– Ваш сын.
– Что?! – удивление застыло на её лице.
– А как зовут тебя? – спросил Никола у девушки.
– Моё имя теперь стерто, имеет ли оно значение, когда смерть рядом?
– Мы выберемся отсюда, не унывай! Кажется, сейчас все имеет значение – каждое слово, каждый жест. Внутри, такое опустошение, что не хочется жить, я понимаю, но нужно двигаться вперед, до конца, только там можно чувствовать себя ещё живым, – Никола замолчал, и поник.
– Меня зовут Арина, если тебе мое имя что-то даст, то знай его, – расстроено ответила девушка.
Несколько ужасно сложных дней в его жизни измотали его, изменили его характер. Теперь Никола чувствовал, что угодил в капкан, из которого прежним он никогда не вернется – это было его горизонтом событий, точкой невозврата.
– Признаться, я очень боюсь, я никогда так не боялся, и пугает меня неизвестность, а не опасность!
Девушка жалостливо посмотрела на бородатого мужчину, покрытого грязью и потом.
– Страх – это пустое, одиночество убьет даже самого сильного. Одиночество сильнейшее орудие пыток.
– Не время скорбеть по усопшим, соберись, скоро мы войдем в нехорошее место. Тебе оно знакомо.
– Отстойники…
– Они самые, – впереди показался арочный проход в производственные помещения, откуда исходило невыносимое зловоние, но к общему удивлению, Никола и его спутница даже не поморщились – запах стал для них привычен, работавших с юношества от зори до зори, словно на каторге.
Никола достал фонарик и включил его, свет его бил чуть дальше десяти метров.
Машинное масло растекалось по полу, образуя скользкие лужи по щиколотку.
Ванные, наполненные внутренними частями роботом, пролегали широкими бассейнами до самого горизонта.
В них кишели искусственные микроорганизмы, восстанавливающие защитную оболочку деталей машин.
Плавали простейшие роботы.
– Здесь когда-то работали люди, совсем недавно, но что-то заставило их уйти, и вскоре Никола увидел что.
Впереди показалась пара роботов, неизвестного вида, вместо лица у них светилась большая синяя дыра. Строением тела они походили на ящера и куст растения, паука, подобного рода роботы были редкостью, хотя для «Техносферы» построить любой вид робота – лишь дело времени и выгоды. Два тела спокойно варились в биомассе, подключенные к питательному источнику, а вокруг них плавали на поверхности части тел и внутренности их жертв, которые они собрали в специальные мешки, как охотники собирают дичь, а затем просто высыпали. В соседнем бассейне Никола обнаружил весь гарнизон рабочих погибшей смены. Никто не выжил, всех убили острием в сердце, голову, разорвали грудные клетки.
Никола показал жестом «молчать», и осторожными движениями, почти скользя, они пересекли километровый родник живительной силы механики – масло. Машины не проснулись, видимо приказа на убийство у них не было, ибо Никола чувствовал их горячий взгляд на себе, и не сказал бы, что их не заметили.
Но безучастность машин длилась не долго.
