В итоге мои ноги обвивают его шею, а рука упирается в деревянный настил у джакузи, в то время как Кейд Итон укладывает меня и готовится полакомиться.
Напряженные мышцы спины и одежда под водой – доказательства того, что он не мог сдерживаться больше ни секунды, – подталкивают меня к обрыву.
К тому самому, к которому он подталкивал последние двадцать четыре часа.
Он всегда стоит у подножия, готовый подхватить меня, когда я упаду.
И я падаю.
Пальцы легко скользят внутрь и наружу, его опытный язык ласкает меня, и я бормочу:
– Кейд! Черт!
Покалывающее внутреннее напряжение взрывается и бежит вниз по бедрам. Вверх по позвоночнику.
Прямиком к сердцу.
Он охватывает меня руками и, затягивая в воду, скользит ими по моей заднице, ребрам и позвоночнику, после чего прижимает меня к себе и шепчет на ухо:
– Невероятно.
Я целую его заросшую щетиной щеку и замечаю, как приподнимается уголок его рта. Но я недолго смотрю на эту улыбку, потому что он поворачивает нас, опускает меня в воду, а сам встает надо мной.
И стягивает мокрую ткань, освобождая свой толстый гордый член.
Я облизываю губы, а он ухмыляется:
– Нет, детка. Сначала я трахну эти красивые сиськи, а потом ты сможешь попробовать меня.
– Ладно, идет, – отвечаю я, быстро приближаясь к нему.
Из его груди вырывается смешок:
– Такая нетерпеливая. Я добавлю это в список твоих достоинств. А сейчас положи мой член между своими сиськами и прижми их друг к другу. Теперь моя очередь.
– Любишь смотреть, да, Итон? – поддразниваю я его, выполняя сказанное.
– Люблю смотреть на тебя, Ред.
Я встряхиваю головой, будто бы это может разогнать порхающих у меня в животе бабочек. Никогда прежде я таким не занималась, но меня возбуждает его член, зажатый между моих грудей, на толстой головке которого блестит белая капля. Я поднимаю на Кейда глаза и улыбаюсь. Он облизывается, а затем сосредоточенно сжимает губы. Закинув руки за спину, он толкает бедра вперед, медленно и размеренно. Вода заменяет нам смазку.
Его рот слегка приоткрыт, точеные щеки выглядят впавшими, когда он наблюдает за тем, как его член скользит между моих грудей. Мы молчим. Думаю, мы оба в некотором трансе или, может быть, уже достаточно наговорились за сегодня.
Может, он ощущает себя таким же обнаженным, как и я.
Может, если я чувствую себя богиней, когда мы вместе, то он себя – богом.
Может, мы оба просто наслаждаемся этим чувством.
И возбуждение только нарастает, пока я наблюдаю за скользящим между моими сиськами членом. И каждый раз, когда глубокий хриплый голос Кейда шепчет: «Черт», у меня сжимается киска.
– Уилла, я сейчас кончу.
– Да, – шепчу я, прикусывая губу, после чего подставляю грудь под самым соблазнительным углом, наслаждаясь тем, что он теряет контроль.
И я чувствую это. Кейд замирает, а его член пульсирует и подергивается. Сперма выплескивается мне на грудь, попадая на подбородок, и я слышу стон, переходящий в тихий вздох, когда его рука поглаживает мой затылок.
Я поднимаюсь и встаю перед ним, облитая семенем:
– Было весело.
Из Кейда вырывается одобрительный смешок.
– Господи, не поспоришь. – Как бы оценивая проделанную работу, он окидывает меня взглядом.
– Как я выгляжу? – я вздергиваю бровь и выгибаю спину.
– Как будто ты моя, – рычит он.
Эти слова. Мое тело жаждет большего. Я хочу, чтобы и он был моим.
– Да? Тебе нравится, как я выгляжу?
– Вот так лучше. – Кейд проводит большим пальцем по моему подбородку и одним плавным движением обмазывает мои губы спермой. Затем он откидывается назад и смотрит на меня с озорной ухмылкой на лице: – Определенно моя.
– Ты дикарь, Итон. – Я слегка смеюсь и высовываю язык, чтобы попробовать на вкус то, что осталось на губах. – И мне это нравится.
– Хорошо, Ред. – Он скользит в воду, увлекая меня за собой, чтобы омыть нас. – Потому что сейчас я оттащу твою прекрасную задницу в свою пещеру, где ты всю ночь напролет будешь кончать.
Затем он подхватывает меня на руки и несет в дом.
Как настоящий дикарь.
Дикарь, который заставляет меня кончать всю ночь напролет.
– Ты ведешь себя странно. – Я бросаю взгляд на Саммер, оглядывающую поле за домом так, словно это гала-концерт или что-то в этом роде. Они с Уиллой готовили вечеринку для Люка на лугу по его просьбе.
Там уже стоит надувной замок и тент, под крышей которого сидит странный парень, с ног до головы одетый в хаки; по-видимому, он принес детям змей и ящериц. Под другим тентом накрыт шведский стол, угощения для которого Уилла пекла несколько дней. Я знаю это, потому что глазурь попробовал, слизнув ее с шеи Уиллы.
Она оказалась чертовски вкусной.
Уилла приготовила лимонад с кусочками лимонов и клубники. Восхитительно. На столе маленькие тарелочки с эмоджи какашек, их они с Люком выбирали вместе. Скатерти в тон. Только Уилла могла вписать тарелки с дерьмом в интерьер и даже украсить ими праздник шестилетнего ребенка.
Я бы даже не позволил их ему купить, но она только рассмеялась и бросила их в корзину.
