Перед глазами предстает знакомый район в Либерти-Сити и полыхающий пламенем дом семьи Нотт. И пусть в небольшом кабинете на втором этаже «Садов» вовсе не жарко, даже прохладно из-за мощного кондиционера в соседнем помещении, я все равно чувствую, как жар облизывает правую половину лица, а в голове всплывает образ до смерти напуганной девчонки. Широко распахнутые голубые глаза и приоткрытые в немом крике губы.
Только девчонка эта – вовсе не Алекс, а моя собственная сестра. Черт побери, обещал же себе никогда больше об этом не вспоминать. Может быть, когда-то у меня и была сестра, мать и даже нормальная семья, только это был совсем другой Грегор. Похороненный в далеком прошлом, оставленный за бортом тринадцать лет назад. Теперь есть только Змей.
Скользкий. Противный. Беспринципный.
Я обреченно вздыхаю – всякое настроение пропало. Нужно разобраться с Алекс и вернуться к себе. Подготовить клуб к открытию, отправить отчеты обратно Лиаму и велеть ему подготовить сводный план на этот месяц, а ребят Кейна отправить в Овертаун следить за движениями Гарольда. Пусть куколка никогда не была ценным членом его банды, воровать по мелочи она умела отлично. И кому, как не мне знать, что именно ее отправляли доставать документы конкурентов, когда дело доходило до шантажа.
Я сам наблюдал за ней в такие моменты.
– Расслабься, – говорю я с усмешкой. – Пока ты сидишь на моей территории, тебе вряд ли влетит за наивность. Но ты же понимаешь, долго просто сидеть ты не сможешь. Да, Кейн накинет тебе бумажной работы – так, для вида, чтобы у остальных не возникало вопросов, – но ты должна научиться обращаться с меткой. И быстро. Иначе какой толк держать тебя рядом?
Несколько долгих секунд мы смотрим друг на друга – глаза Алекс в полумраке кабинета кажутся почти синими, она переминается с ноги на ногу и покусывает нижнюю губу. Нервничает. Как ни старается показать себя сильной и смелой, все равно срывается. А чего от нее ждать? Куколке всего-то двадцать.
Достаточно, чтобы стать воровкой. Недостаточно, чтобы хоть немного разобраться в этой жизни.
– И ты меня продашь? – спрашивает она хрипло, потупив взгляд. – Как только я с ней разберусь. Говорят, за таких денег больше дают.
На этот раз я не выдерживаю и смеюсь в голос. Черт, знала бы она, сколько сил и времени я потратил, чтобы затащить ее сюда. Запереть у себя в клубе, снять ей квартиру в соседнем доме и прикрыть от Моралеса и его Отбросов. И все ради чего? Ради того, чтобы втюхать ее на черном рынке подороже? Да это даже забавнее болтовни Кейна о том, что я привязался к Алекс за последние три года.
Разве я похож на идиота, который добровольно откажется от меченой, которую сам же и создал? Пусть даже случайно.
– Нет, muñequita. Зачем? Ты принадлежишь мне, а не ушлым засранцам с черного рынка. Так что привыкай. И в следующий раз, когда я зайду, я надеюсь увидеть не испуганную мышку. Мы друг друга поняли?
Алекс бормочет что-то в знак согласия, однако смотреть на меня отказывается. Хватается за запястье, словно хочет стереть метку под плотной тканью, и все на этом. Я лишь улыбаюсь напоследок и оставляю ее одну. Пусть подумает и свыкнется с мыслью о том, что «Сады» и жилой комплекс напротив – ее новый дом.
Да и с чего бы простушке из Овертауна жаловаться, что ее переселили не куда-нибудь, а в Коконат-Гроув? Другие ребята Гарольда были бы на седьмом небе от счастья. Но другие ребята – вовсе не Алекс.
Алекс – это другое. И мысль эта раздражает меня с каждым днем все сильнее.
Жизнь в Коконат-Гроув не имеет ничего общего с настоящим существованием в Овертауне – там приходилось пахать как лошадь, чтобы вечером было что перекусить, а ночью – где спать. И я пахала, не останавливаясь ни на мгновение. По утрам таскалась по домам в дальней части района и проверяла, не откинулся ли кто, шаталась под мостом и смотрела, не прикончили ли там какого неудачника. Ни я, ни Терри, ни другие ребята не видели в этом ничего зазорного.
Все знали главный закон: хочешь жить – умей вертеться. Иногда приходилось кого-нибудь подставить, например, парочку тех же Отбросов; иногда – ограбить, а время от времени мне доводилось таскать наличку со счетов толстосумов. Тех самых, рядом с которыми теперь живу. Нет больше потрепанных старых толстовок, нет протекающей крыши над головой и бумажных стен, проломить которые могла даже я. Нет, теперь я живу пусть в просторной, чистой и дорого обставленной квартире и пикнуть боюсь.
Вдруг все это просто подстава? Да, Змей пообещал прикрыть меня и даже потребовал плату за свои услуги, но его вроде как никто не заставлял устраивать мне курорт. Это что, отель пять звезд, где все включено? Мне даже на продукты денег выделили. В первые несколько дней казалось, что босс и его ребята просто держат меня за несмышленого ребенка.
– Да что ты можешь сделать, мелочь? – усмехается Ксандер, словно прочитав мои мысли. Поудобнее устраивается на кожаном диване в зале ожидания на втором этаже и задумчиво поглядывает на потолок.
