На кончиках пальцев вспыхивает пламя, и я спешно сбиваю его о топ в надежде, что никто не обратит на меня внимания. Метка надежно спрятана под плотным напульсником, но вот вспышки голубого пламени заметить куда проще. Но ни редкие посетители, ни бармен, ни охранник в мою сторону не смотрят. С облегчением выдохнув, я спешу к дверям и выхожу на свежий воздух. Впереди маячит знакомый небоскреб на тридцать пять этажей, мою квартиру на четырнадцатом отсюда и не разглядишь – даже балкон ничем не выделяется среди сотен таких же.
Прошло почти полгода, а я до сих пор не могу назвать это место домом. Нет у меня никакого дома, если не считать того, что сгорел когда-то в Либерти-Сити. Каморка в Овертауне никогда мне не принадлежала, а это… Это просто очередная подачка от Грегора, и одному богу известно, какого черта он разбрасывается такими «подарками».
Вот урод. Но злиться я должна не на него.
Возвращаться в квартиру не хочется, в клуб – тем более, и я сворачиваю в сторону небольшого круглосуточного магазина на соседней улице. Можно взять огромную пачку чипсов и пару банок пива и всю ночь смотреть сериалы, прямо как в первую ночь на территории Змея. Только на этот раз обязательно пригласить Шерил, потому что ночь в одиночестве я не вынесу.
А Грегору позвонить не смогу, даже если очень захочу. Это окончательно разрушит наши и без того несуществующие отношения. Он просто вышвырнет меня отсюда, а мне совсем не улыбается от него уходить. Пусть мы будем коллегами с привилегиями, лишь бы только были. За прошедшие полгода я слишком уж к нему привязалась.
К колючему, своенравному и местами жестокому Грегору. Только ко мне он никогда жесток не был.
За исключением сегодняшнего дня.
Переулок между знакомыми домами встречает меня непривычной темнотой. Не горят фонари, не переливаются всеми цветами радуги вывески магазинов и ресторанчика. Лишь тускло светится грязно-серая аура – будто бы смутно-знакомая, хотя я и не помню никого, кто носил бы настолько невзрачный цвет. Пустой.
Изнутри поднимается волна тревоги и легкого страха, и я отступаю назад, но в то же мгновение упираюсь во что-то горячее и твердое. В кого-то. Вот только обернуться уже не успеваю – на голову мне с силой опускается тяжелый кулак, и мир перед глазами расплывается и тонет в кромешной тьме. Пропадает и серая аура, и едва ощутимый запах дешевого парфюма.
Последним, что я вижу, становится пара видавших виды кроссовок и грязные колеса старого пикапа.
– Мне кажется, ты где-то проебался, – хмыкает Ксандер, едва показавшись в кабинете. Заходит без стука и даже не спрашивает, занят ли я или, может, хочу побыть один.
Чего я хочу на самом деле, так это заехать другу по шее и заставить его свалить как можно дальше как можно быстрее. Честное слово, в моем кабинете в «Садах» народу за день бывает больше, чем в коридорах, и всем от меня что-то нужно. Что Лиаму с проклятыми финансовыми отчетами, что клиентам, что Ксандеру.
От последнего хотя бы подлянки ждать не стоит.
– Мне кажется, тебя не спрашивали, – отвечаю я холодно спустя добрых полминуты. Пламя внутри не полыхает, но тлеет и грозится в любой момент обратиться пожаром, готовым сожрать все на своем пути. И Кейн исключением не станет, даром что не помрет.
– Дело твое, Грег, но угомонил бы тогда свою подружку. Она того и гляди разнесет что-нибудь, потому что в последний раз, когда я ее видел, она отчаянно колошматила двери кабинета. Или скажешь, сам ей велел в разнос пойти?
Да что он понимает? Дрожащими от раздражения пальцами я хватаю пачку сигарет и спешно закуриваю, не потрудившись даже найти зажигалку. На кой черт, если у меня и без того пламя с кончиков пальцев срывается. Так хоть какой-то будет прок.
– Алекс не моя подружка, сколько раз повторять? – и в голосе наверняка сквозит раздражение, почти откровенная злость. Врать другим – одно дело, но самому себе лгать бесполезно. Я давно уже не мальчишка и все прекрасно понимаю.
– Брось, Грег, эти сказки можешь рассказывать кому угодно, даже самой Алекс, но мне-то не заливай. На твоей угрюмой морде огромными буквами написано: «делаю вид, что не привязался к Алекс», и я, если ты вдруг забыл, читать умею, – криво ухмыляется Ксандер и с грохотом ставит на стол початую бутылку джина. – Прихватил твое пойло из бара, раз уж у вас сегодня размолвка. Так какой ерунды ты ей наговорил, что она решила пойти громить клуб?
Не хочется и представлять, что сейчас на сердце у Алекс. Я отчетливо видел, как исказилось от боли ее лицо, когда я произнес это чертово «зря». Стоило бы рвануть за ней и прижать к себе, сказать, что я ляпнул, не подумав, но уже поздно. Да и с чего бы? Теперь куколка в безопасности, а это самое главное.
А я справлюсь как-нибудь, не в первый раз.
– Ничего страшного, ей просто хотелось серьезных отношений. Мне – нет.
