Когда он был еще совсем молодым опером, то собирал постоянно всякую криминальную ерунду: кастеты, самодельные ножи-выкидухи, изготовленные дворовыми умельцами пистолеты.
Так попал к нему набор отличных отмычек. Потом, когда нелепая затея собрать дома криминальный музей покинула его, кастеты он раздал приятелям, пистолетики уничтожил, а отмычки оставил. Они как раз в хозяйстве пригодились.
Сергей так наловчился открывать всевозможные замки соседям, забывшим ключи, что начал подумывать о смене профессии.
Придя домой после осмотра двери таинственной квартиры, Сергей достал старый шприц, набрал в него ружейного масла, пошел опять к проклятущей квартире и через замочную скважину вылил граммов сорок масла в проклятущий запор.
Утром они с Мишей Лепиловым, предварительно прозвонив квартиру, отправились на черный ход.
Смазка сделала свое дело, и старый замок хоть и с натугой, но поддался.
– Ну вы даете, Сергей Васильевич, – удивился Миша, – может, возьмем пару хат богатых, а то я до жалованья никак дотянуть не могу.
– Не время, Миша, чуть позже этим займемся. – Никольский достал пистолет, щелкнул предохранителем. – Готов?
– А як же. – Миша тоже достал оружие.
Дверь поддалась медленно, с противным скрипом петель. Они вошли на кухню.
Холодильник, столик, на нем – чистые чашка и тарелка, табуретка.
Все.
Лепилов, обмотав руку платком, открыл дверцу холодильника. Внутри лежала съежившаяся от холода копченая рыба и початая пачка масла.
– Здесь явно не пируют, – усмехнулся Сергей. Обмотав обувь полиэтиленовыми пакетами, они вышли в коридор. Квартира была спланирована точно так же, как жилье Никольского.
Они осмотрели ванную, где на подзеркальнике лежал обмылок, вошли в большую комнату.
На полу лежал матрас, на нем – подушка и одеяло. Рядом – консервная банка, полная окурков.
Никольский осторожно вынул верхний. Курили неделю назад, не меньше.
Во второй комнате в углу стояла завядшая пальма в горшке.
Сергей внимательно осмотрел пальму. На полу были следы высыпавшейся из горшка земли.
– Нука, Миша, потяни это сооружение.
Никольский прижал ладонями горшок. Пальма поддалась неожиданно легко. Сергей заглянул в горшок. На дне его лежал сейфовый ключ.
– Вот сейчас мы и разживемся баксами, – засмеялся Миша.
– Пошли сейф искать.
В третьей комнате окна были наглухо зашторены, и они спокойно зажгли свет.
Посередине стоял стол, покрытый масляными пятнами. Сергей потер пятна пальцем, понюхал.
– Ружейное, Миша.
Точно так же пахла ветошь, валявшаяся на столе. На полу валялась разорванная пачка от патронов.
– Это же не комната, а ротный ружпарк, – сказал Никольский.
Он осмотрелся. Пусто, голые стены, только на одной была приколота кнопками картинка с голой бабой.
Лицо ее показалось Никольскому знакомым, но вспоминать было некогда. Сергей вынул кнопки, снял картинку и увидел замочную скважину.
– Благослови, Господи! – Он вставил ключ, повернул, и раскрылась дверь в стене.
Пирамиду они увидели. Обычную армейскую пирамиду, стоявшую в любом помещении для хранения оружия.
Три карабина, два автомата, четыре пистолета, пачки патронов и оптические прицелы. Вот что нашли они в этой таинственной квартире.
Никольский достал из кармана «трофейный» сотовый телефон и набрал номер генерала. Слава богу, Колесников оказался на месте.
– Товарищ генерал, Никольский…
– Что у тебя? – Голос шефа был строг и деловит.
– Нахожусь на базе.
– Понял, молодец.
– Нашел много инструментов, к которым подходит деталь, которую вы мне показывали.
Генерал выдержал паузу и сказал:
– Так. Интересно. Что еще нашел?
– Доложил вам сразу, что нашел инструмент.
– Осмотри все внимательно. Я лично подъеду.
– Вас встретит Лепилов, товарищ генерал. Так как способ проникновения нетрадиционный.
– Буду через пятнадцать минут.
«Неужели в форме припрется?» – подумал Сергей и начал внимательно осматривать сейф.
Слева от пирамиды он заметил нечто, напоминающее головку замка.
Никольский повернул ее аккуратно, и еще одна створка сейфа и часть стены отошли.
Неплохо они придумали, сделали потайной шкаф вместо кладовки.
В этом отделении висела одежда: костюм, два пиджака, кожаная куртка, шелковая куртка, камуфлированный костюм.
Никольский обыскал карманы. Пусто. В шелковой куртке оказался загранпаспорт на имя Жилина Михаила Семеновича.
В паспорте лежал билет на поезд Таллин – Москва. Сергей посмотрел на дату отъезда. Что-то пока неясное начало беспокоить его. Он еще раз посмотрел на фотографию в паспорте.
Лицо как лицо. Даже некоторая приятность есть. К системе Ломброзо не подходит.
Так чем же озадачил его господин Жилин? Таллин… Таллин… Таллин… Парк Кадриорг…
Что же случилось там?.. Господи, какой же он дурак. Видно, всю память пропил в ментуре. Олег Кольцов рассказывал ему об убийстве в этом замечательном парке. Там же грохнули Володю Рудермана.
Сергей снова достал телефон, набрал номер.
– Кольцов, – ответила трубка.
– Это я, Олег.
– Здорово, Сережа.
– Какого числа грохнули Рудермана?
– Восьмого. А тебе зачем?
– Потом, Олег. Сейчас говорить не могу.
– Зацепился?
– Вроде.
– Ну, Серега, на твоей земле одни клады.
