Бессмертен лишь человек полностью

С и н е г о р о в. Уж говори, коли начала.

Пауза.

С о н я. Мама тебя любила?

С и н е г о р о в. Это праздное любопытство, дочка. Потом спросишь, любил ли я… маму. Потом еще что-нибудь в этом роде.

С о н я. Праздное любопытство? Нет. Ты что-то скрываешь от меня, папа. Ты ни разу не рассказал мне толком о маме.

Пауза.

С и н е г о р о в. Кочубей что-нибудь говорил тебе о матери?

С о н я. Да.

С и н е г о р о в. Что?

С о н я. Не может быть, чтоб ты ничего не знал. Ты все знаешь!

Пауза.

С и н е г о р о в. Я многого не знаю.

С о н я. И слава богу. Я больше ничего у тебя не буду спрашивать. (Помолчав.) Пока сам не скажешь.

С и н е г о р о в. Я давно собираюсь сказать, Соня…

С о н я. О чем?

С и н е г о р о в. У меня никогда не было своих детей.

Пауза.

С о н я (едва слышно). А я?

С и н е г о р о в. Ты еще была такая маленькая, Соня, и так доверчиво звала меня… папой, папочкой. Мне трудно было сказать тебе правду. Да я ничего не знал и сейчас не знаю о твоих родителях. Я думал, что ты их лишилась.

С о н я. Выходит, что ты все мне… лгал? Сочинял всякие небылицы, говорил, будто мама… погибла. А ты ее в глаза никогда не видел!

За углом шум легкового автомобиля. Машина остановилась. Подходит Кочубей.

С и н е г о р о в. Легки на помине.

С о н я. Вот кстати. Садитесь, товарищ адмирал. (Усаживает Кочубея рядом с Синегоровым.) Вы в тот раз начали разговор о моей маме. Расскажите нам поподробнее.

С и н е г о р о в. Иди погуляй, Соня.

С о н я. Говорите при мне, а я послушаю. Потом скажу свое веское слово. Впрочем, могу первой… Так вот… Слушай, папа, и вы… слушайте. Я еще не знаю, как… рожают детей, а как их растят — знаю по себе. Видела, как меня растили… без мамы. Как рубашечки мои стирали, как мыли меня… в корыте… вот этими руками. (Прижалась щекой к рукам Синегорова.) Чулки мне штопали эти руки так, чтоб не было рубца, пока сама не научилась. Не перебивайте меня! (Кочубею.) И что б вы тут ни говорили, я своего отца не оставлю. И жить к вам не пойду. А ты не сдавайся, папа. (Целует Синегорова, отошла.)

От моря не торопясь идет  Б у й н о в. Соня увидела, со всех ног бежит к матросу. Схватила его за руку, точно боясь, что он ускользнет от нее.

Саша! Идет вразвалку, бессовестный, вместо того чтоб лететь! (Заговорщическим голосом.) Пойдем к нам. (Берет Буйнова за руку, ведет.)

Буйнов увидел Кочубея, смешался. Подходит, отдает честь.

К о ч у б е й (снисходительно). Буйнов тут как тут.

С о н я. Это я его позвала.

К о ч у б е й. Как всегда.

С о н я. Прошу всех в дом. Будем пить чай. Чай, думаю, вам можно.

К о ч у б е й. Благодарю. Я только что из-за стола. Поедемте сейчас на машине ко мне домой. Все вместе. У меня чай попьем.

С о н я. У вас какой-нибудь особый чай?

К о ч у б е й (после паузы). Предстоит разговор особый. Не хотелось бы откладывать.

С о н я (посмотрела на Буйнова). Так зачем же откладывать? Вот… я к нему уйду… жить. (Буйнову.) Женись на мне скорее! (Прижалась к нему.) Ведь у нас уже все решено.

К о ч у б е й (озадачен). Что решено?

Б у й н о в (обрадовался). Добро! Я уже матери написал и фото твое послал!

С и н е г о р о в. У Сони тоже есть… родители. (Соне.) Что тебе вдруг загорелось замуж? Сперва нужно кончить учебу.

С о н я. Одно другому не мешает. Да ты не беспокойся. Ну, что тут такого удивительного? Папа, не расстраивайся!.. Ведь этого ты должен был ждать. И вот дождался. Разве это плохо?

С и н е г о р о в. Еще неизвестно, хорошо это или плохо. Это видно будет потом.

С о н я. Когда потом? Ты вообще, папа, такой нытик! Тебе что, Саша не нравится?

С и н е г о р о в (уклончиво). Нравится, только с другой стороны.

С о н я. А мне он со всех сторон нравится. С любой — хорош! Поэтому никаких отсрочек!

К о ч у б е й (его эта сцена явно развеселила). А как думает жених?

Б у й н о в. Служить мне осталось до осени, товарищ адмирал, однако ждать долго.

К о ч у б е й. Тоже — пожар.

Б у й н о в. Пожар, товарищ адмирал. Только тут пожарники не помогут. Решил увезти Синеморочку к себе на Кубань и увезу!

С о н я. А если я не поеду?

Б у й н о в. Тогда я за тобой поеду не только в Одессу, а хоть на Северный полюс. К белым медведям… Думаешь, пропали бы? Организовал бы кузницу и подковывал бы оленей. А ты бы рисовала льды, сугробы, метель, пургу, ледоколы. Ездили б с тобой на собачьих упряжках, кувыркались бы в снегу. Едем!..