Клинт долго не отвечал ей, внимательно следя за тем, как Кризанта неспешно наклоняет голову то к правому плечу, то к левому, безмолвно раздумывая. Затем, сделав какой-то вывод, Бартон улыбнулся краешками губ.
- Что-нибудь из ряда вон выходящее, – произнес он буквально за мгновение до того, как золотоволосая девушка, взяв телескопическую дубинку и отойдя от боевого склада, громко проговорила:
- У вас не найдется чугунной сковородки?
Кризанте предложили тренировочный костюм, но она от него отказалась, оставшись при своих джинсах, но все же сменила блузку на футболку с высоким воротом и коротким рукавом, а так же надела перчатки для борьбы, закрывавшие ладони и фиксировавшие запястья. Обувь свою она так же не поменяла.
- Может, все же снимете конверсы? – Колсон спросил это, прижав карту доступа к сканирующему экрану.
- Чтобы вы к ним приделали ноги? – фыркнула Кризанта. – Причем, чужие ноги к моим конверсам? Нет уж, спасибо! Мне в них удобно, и ничего другого мне не нужно. Кстати, ваш директор снизойдет со своего Олимпа и тоже на этом представлении поприсутствует?
- Да.
- По-спартански лаконично, – и девушка прошла в открытую дверь и, мельком оглядев полигон, направилась к стойке с оружием. Выбор был достаточно большим: пистолеты из разряда травматических с резиновыми пулями; ножи разнообразных форм и размеров, начиная от простых охотничьих и заканчивая острыми боевыми кинжалами (эти уже травматическими не были, и, проведя по одному из лезвий кончиком пальца, Кризанта почувствовала, как сталь вонзилась в кожу); несколько перначей [1]; рапиры; пращи; сюрикены; кукри; пара телескопических дубинок из металла…
Взяв одну последнюю, Кризанта взвесила ее на ладони, после чего ловко прокрутила пальцами. Но все же кое-чего она не нашла и поэтому, закрепив дубинку на поясе, взятом с той же полки, громко проговорила:
- У вас не найдется чугунной сковородки? – после чего с удовольствием созерцала вытянувшиеся лица ученых Щ.И.Т.а.
Сотрудники антитеррористической организации были хорошо подготовлены, однако их основной стратегией были атаки, в то время как Кризанта предпочитала уворачиваться и ловко маневрировать. Со стороны казалось, будто она принимает участие в каком-то танце.
Девушка перемещалась спокойно, без рывков, никаких резких движений, до тех пор, пока ее оппоненты не совершали какого-нибудь промаха или не принимали положение, которое, как им думалось, не могло быть угрозой их защите. И вот тут-то Кризанта сама перехватывала у них инициативу боя и невозмутимо била рукоятью дубинки. Сковородки, к сожалению, не нашлось, но, к сожалению, только для нее и к большому счастью для агентов Щ.И.Т.а, поскольку в таком случае им бы грозили не синяки и ушибы, а сотрясение мозга и потенциальные переломы. Впрочем, они и так вполне могли это все заработать.
Кризанта ни одного разу не повернула дубинку острой стороной по направлению к противникам. Ей это было попросту не нужно. В восемнадцатом веке, во время ее нахождения в Тибете, местные монахи поведали ей об особенном виде борьбы. В нем совсем не требовалось оружие. В нем нужна была лишь достаточная ловкость и умение быстро и точно наносить удары. Кризанту (тогда в прошлом она носила имя «Ева») обучил этой технике пожилой, умудренный годами жизни монах Шамбала. «На теле каждого человека имеются определенные точки, и если по ним ударить, то можно лишить врага способности двигаться. Не на всегда, но на достаточное количество времени. Это способ обезвредить неприятеля, не убивая его».
Но первые полчаса можно было считать разминкой, потому что после того, как в «игру» вступили Романофф и Бартон, тренировка переросла в схватку профессионалов.
Наташа напала быстро и молниеносно. Увернувшись от серии ее ударов и блокировав несколько из них, Кризанта, сделав сальто назад, тем самым увеличила расстояние между собой и соперницей. И тут же ей пришлось отражать атаки Клинта, который теперь воспользовался не привычным луком, а своими навыками боевых искусств и акробатики. С этими двумя пунктами Кризанта уже была знакома (из-за столкновения у нее дома), но сейчас они находились на более свободном пространстве, и всякая зажатость отпала сама собой.
В определенный момент, оказавшись как раз между Бартоном и Романофф, Кризанта воспользовалась приемом, который она про себя называла «вертушка». Позволив мужчине рассечь воздух над ее головой кинжалом, девушка резко присела и крутанулась, делая подсечку и сбивая Клинта с ног. Затем она подпрыгнула, делая еще одно сальто, при этом отталкиваясь пятками от плеч агента, и буквально отлетела назад к Наташе и, отбросив ее на спину тем же упором ног на плечи, повторно вернулась к Бартону и, окончательно повалив его на спину, прижала его коленями к полу и вдавила острый шпиль дубинки ему в шею.
Романофф, попытавшая рвануться к противнице, замерла, заметив блеснувший у той в руке кинжал, выбитый во время выполнения приема у Бартона. Кризанта держала нож за кончик лезвия так, будто собиралась его метнуть. И будь этот бой настоящим, она бы это сделала.
