Надев, наконец, собственную чистую и сухую одежду и тщательно вымывшись, я чувствую себя на полпути к тому, чтобы снова быть нормальным человеком. Достаточно нормальным для того, чтобы, уставившись в свой телефон, начать подыскивать клинику, в которую меня бы на несколько дней могли положить на обследование. Неплохо бы спросить совета у доктора Моррис, но я не хочу. Я желаю сохранить анонимность. Что, если я расскажу кому-то, а пути назад уже не будет, меня закроют и я не смогу оттуда выйти?
…Отсутствие сна в течение длительных периодов времени может вызывать широкий спектр расстройств, включая различные искажения восприятия и галлюцинации. Многие вопросы, однако, остаются не до конца исследованными по причине того, что с ухудшением симптоматики у пациента наступает состояние декомпенсации…
Искажения восприятия. Галлюцинации.
Психоз в стадии декомпенсации.
Сделав глубокий вдох, я уже собираюсь набрать номер доктора Моррис, как вдруг мой телефон оживает. Сердце едва не останавливается от страха. Номер неизвестный, но это городская линия.
– Это Эмма Эверелл, – на удивление спокойно произношу я, хотя вторая рука крепко сжата в кулак.
– Эмма. – Я отчего-то решила, что Нина должна быть ровесницей моей матери, но едва та открывает дверь, я вижу, что она лет на десять моложе. На вид Нине около шестидесяти пяти, у нее седые волосы до плеч, а надетые на ней шаровары для занятий йогой и струящийся индийский топ придают всему ее облику некий флер непринужденности. Лицо Нины тут же озаряет радостная улыбка. – Эти темные волосы я бы узнала из тысячи. Совсем как у Патрисии. Входи же скорее.
– Благодарю вас. И за то, что согласились со мной увидеться.
Вслед за хозяйкой я прохожу в дом. Жилище Нины выглядит стильно и обставлено не без лоска. Я почти уверена, что различаю запах травки за стойким ароматом сандалового дерева, курящимся из ароматических свечей. Выглядит Нина совсем как хиппи из среднего класса. Когда я прохожу по коридору мимо книжных стеллажей, мои выводы находят подтверждение. Рецепты веганской кухни, руководства по медитации. На глаза мне попадаются книги по спиритуализму и издания вроде «Астральная проекция: руководство по безопасному выходу из тела». Это вызывает у меня улыбку. Я не верю во всю эту чушь, но мне нравится, что в нее верит Нина.
– Да брось, мне это только в радость. Я часто о тебе думаю. – Нина проводит меня в кухню, а оттуда – в сад, где в очаровательной беседке уже накрыт стол, на котором красуется восхитительный ориентальный чайный сервиз. – Я заварила китайский чай. Ты не возражаешь? Если хочешь, могу предложить вина, пива или кофе. Сама я не употребляю много кофеина, как и алкоголя.
Мой взгляд останавливается на оставленном в пепельнице заботливо свернутом косячке.
– Я знаю, что уже старовата, но эта штука всегда была моей фишкой. Она дарит моей душе покой, а моим членам – гибкость. Я ведь преподаю йогу, пилатес и медитацию в холистическом центре, здесь, в парке.
Нина очень мила и словоохотлива. Я сажусь на предложенное место, пока она наливает чай.
– Я ведь так до сих пор и не знаю, что ты запомнила – или захотела запомнить – из своего раннего детства. – Нина внимательно смотрит на меня. – Фиби, должно быть, помнит больше?
Я киваю:
– Так она говорит. Я не могу сказать наверняка, насколько она в самом деле помнит то, что было до всего, что с нами случилось. До той ночи. До предшествовавших ей недель. – Я не собираюсь посвящать Нину ни в собственные проблемы, ни в подробности произошедшего с Фиби. Я чиста и свежа после душа и даже нанесла макияж. Возможно, я выгляжу слегка усталой, но в остальном, надеюсь, вполне могу сойти за нормальную. – Честно говоря, мы не слишком часто это обсуждаем. Мы довольно редко видимся. Особенно в последние годы.
