Ланкастер.
- Он сказал, что если мы вылетим точно в час Лукавого змея и не будем
задерживаться в пути, то духи,
с которыми он имел беседы три недели назад, сделают безбородых слепыми.
- Значит, духи твердо пообещали ему, что безбородые ослепнут? А если бы вы
вылетели раньше часа
Лукавого змея, что тогда? Вы спрашивали его об этом?
- Я спрашивал, я! - заерзал на стуле младший из вождей.
- И что же он сказал тебе в ответ?
- Колдун сказал, что духи не станут растрачивать свои силы попусту. Мы
должны увидеть долину, где
безбородые ковыряются в земле, на исходе часа Яйца. В это время духи соберут
совет своих вождей, и совет
ослепит безбородых, чтобы мы могли убить их из своих больших ружей.
- Они не лгут, - сухо констатировал Чечель, то и дело поглядывающий на
небольшой дисплей, закреп-
ленный на его правом запястье. - Все так и было. Нужно искать колдуна - он,
безусловно, посредник между
этими уродами и нашими таинственными оппонентами.
- Ты полезешь под землю? - повернулся к нему Ланкастер.
- Лезть под землю - последний выход. Я придумаю что-нибудь другое. Весьма
вероятно, что этот мо-
гучий кузнец знает, где и как можно найти колдуна: а может, и сам он связан с
нашим противником. Его нужно
потрясти как следует, причем чем быстрее, тем лучше.
- Ты читаешь мои мысли, - кивнул Ланкастер. - Оперативный! Разверните все
карты, что у нас есть,
- и меркатор, и угловые записи. Будем заниматься географией.
3
Едва вице-маршал Озеров успел повесить в шкаф форменный кожаный плащ, как
в дверь кабинета по-
звонили. Открывать не хотелось до смерти: моросящий с самого рассвета дождь
давил на затылок, и, прежде
чем начинать разбор документов, которые пришли в течение выходных. Озеров
надеялся размяться кофе с
коньяком.
Жалобно вздохнув, маршал хлопнул ладонью по сенсору открытия двери. Как он
и ожидал, в кабинет
шустро просочилась мышиная фигурка его адъютанта.
- Вы портите мне нервы, Фолланд, - проворчал он. - Ну, что там у вас
опять? Только не говорите
мне, что это очередной вызов на сенатскую комиссию - сегодня и без того
отвратительный день...
- Сенаторов вы уже давно не интересуете, - хитро улыбнулся адъютант. - Вам
инфо, закрытое и за-
грифованное. Пришло сегодня в шесть утра с пометкой "срочно". Я не стал
беспокоить вас до прибытия на
службу - это, в конце концов, не мобилизация, три часа и подождет. Я заложил в
папку "входящие" первой
строкой.
- Спасибо, - поморщился Озеров. - Передайте Лэмпу, пусть он проведет
десятичасовый брифинг без
меня.
Адъютант понимающе улыбнулся и исчез. Озеров расстегнул китель, подошел к
высокому окну и с от-
вращением опустил штору. Смотреть на дождь у него просто не было сил. Оглядев
свой кабинет - коричневый
ковер на полу, светло-желтые стены, несколько кресел и небольшой стол,
примыкающий к его собственному,
нарочито массивному, изготовленному из дорогого черного дерева, - маршал вытащил
из автомата чашку го-
рячего кофе, потом уселся в кресло и, распахнув дверцу правой тумбы стола,
бережно достал оттуда початую
литровую бутыль коньяка. Там же, в столе, хранился и обязательный запас
шоколада. Озеров зубами выдернул
из горлышка пробку, блаженно понюхал и, зачем-то обернувшись (как будто кто-то
мог установить в кабинете
начальника контрразведки записывающую головку!), сноровисто налил себе треть
стакана.
- Вот погода на мою голову, - промычал он, отдышавшись после доброго
глотка.
Его личный штрих-кодер включился автоматически, едва инфорузел определился
с уровнем доступа.
- Ну вот, - огорчился Озеров, бросив взгляд на экран. - Как всегда...
"совсекретно", "срочно", "лич-
но"... а потом выясняется, что это доклад о моральном разложении офицерского
состава где-нибудь на Грани-
це. Тьфу, идиоты!
Минутой позже, однако, он изменил свое мнение о полученном донесении.
Быстро проглядев текст, Озе-
ров потянулся сперва за сигарой, а потом - к блоку внутренней связи.
- Барнета ко мне, - приказал он, продолжая глядеть на дисплей инфора, и,
услышав, что тот пошел к
начальнику техслужбы, вдруг заорал: - Жи-во! Совсем мне тут уже одурели от
безделья! Я вам устрою!..
Вырубив линию, вице-маршал Озеров налил себе еще коньяку и тут же выпил.
Его узкие желтые глаза
заблестели; теребя в пальцах незажженную сигару, он снова и снова перечитывал
довольно короткий текст и
смотрел на многоцветную картинку, следовавшую за ним. Для неспециалиста картинка
выглядела произведе-
нием усталого абстракциониста - хаос черных, синих, лиловых, изумрудных линий,
помещенный в мелкую
сетку с бессмысленным набором цифр по краям. Но Озеров хорошо понимал, что сие
значит.
Скоро раздался привычный звонок, и Озеров увидел седоватого, коротко
стриженного полковника с
опухшим, нездоровым лицом. Полковник шмыгал носом и старался не встречаться
глазами с начальством.
Здесь все было понятно, Озеров тотчас же извлек из глубин письменного стола
второй стакан, из автомата -
еще одну чашку кофе и деловито поманил вошедшего указательным пальцем.
- Жуткая погода сегодня, - оживился Барнет, подходя к столу.
- Да-да-да, - согласился маршал. - Сукин сын, грех на душу мою! Только мне
и дел, как похмелять