бифортского лорда-канцлера Бартоломью Ровольта - независимый прежде мир нужен
был им по двум причинам: во-первых, Ровольт решил заложить фундамент будущего
Содружества, во-вторых, Кириакис, одним из первых в Галактике получивший
бифортское гражданство, стремился зацементировать гарантии своих интересов
намертво. Дело происходило на заре новой эпохи, и стремительная закулисная
экспансия "Лука Юниверсал", превратившая и без того гигантскую корпорацию в
невиданного доселе межпланетного монстра, стала событием хрестоматийным. На
Грехэме "Да?; мгновенно выросли мощнейшие добывающие комплексы; рабочие
поселки стремительно превратились в настоящие города, космопорт расширялся
чуть ли не ежегодно, характерный "национальный запах" Бифортского Содружества
- запах миллионов - становился все сильнее... А вокруг этого буйного
великолепия ни на секунду не умолкал рык тысяч строительных автоматов - они
строили ангары и ремонтные доки, противодесантные комплексы и узлы управления
будущих баз флота. Отсюда стартовали легионы "железных невидимок", которые в
двое суток захватили хорошо укрепленный Фарнзуорт, отсюда лорд Торвард вел
отборных своих викингов на захват Хэмпфри, принадлежавшего семье его
заклятого, кровного врага, Светлейшего Хэмпфри - и сюда же они вернулись,
овеянные новой славой, разгромив в двенадцатичасовой битве лучшие силы Авроры
и Объединенных Миров. Сегодня Грехэм практически полностью принадлежал
могущественной леди Ивонне Кириакис, главе бескрайней империи "Лука
Юниверсал". Она владела рудниками и шахтами, в принадлежащих ей кабаках и
борделях развлекались все те, кто стремился на Грехэм в поисках лихих
заработков, ее коптеры бороздили холодное небо планеты, ее звездолеты неслись
во всех направлениях по галактическим трассам. Она держала пай в большинстве
независимых концессий, и без ее слова на Грехэме не могла пукнуть ни одна
муха; обожая своего брата, она прекрасно знала и Роберта, и сейчас ее люди
уже ждали "Валькирию" на затерянном в безграничной снежной степи космодроме
резервной базы ВКС. Полковник Йивер Мэрдок, развязно-самоуверенный командир
корабля, шел на посадку, не обращая внимания на запросы приводных башен: ему,
герою Фарнзуортской Мясорубки и немалого количества иных битв, носящему на
плече имперскую нашивку "100 побед экипажа", они были не нужны, он мог
посадить линкор хоть в чистом поле - хватило б только места. Роберт сидел в
кресле второго пилота, одетый в теплое темно-вишневое пальто с капюшоном. В
строгом интерьере просторной ходовой рубки он казался элементом нелепым и
совершенно чужеродным. Лорд-наследник был весел и слегка возбужден. Ему
нравилось находиться в рубке во время посадки, всем своим существом ощущая
тяжкую вибрацию гигантского корабля, проламывающегося через атмосферу.
Разумеется, он смог бы посадить "Валькирию" и самостоятельно, но вряд ли ему
удалось бы провести этот непростой маневр с присущим Йиверу небрежным
изяществом - а потому он предпочитал наблюдать. Правый, обращенный к нему
сектор стереоэкрана давал сто восемьдесят градусов в реальной панораме, и в
лицо Роберту летели крупные хлопья снега:
они успевали сверкнуть в лучах носовых прожекторов и исчезали, испаряясь в
термополе звездолета. Линкор мчался в призрачно-синем мареве
зимнего вечера, стремительно теряя высоту и притормаживая узкими щелями
спрятанных под заостренным носом дюз. До точки финиша оставались считанные
сотни километров, на экранах вот-вот должны были появиться ослепительные огни
приводных башен; Роберт выбрался из кресла, потянулся и хлопнул Мэрдока по
плечу: - Давай, Йивер... Я пошел. Командир кивнул и воздел над головой руку с
поднятым большим пальцем. Роббо довольно хмыкнул. Через несколько минут он
был у себя в каюте. Кэтрин уже ждала его: на ней был короткий меховой жакет,
оставшийся на корабле от какой-то из его случайных пассий, - глянув на нее,
Роберт усмехнулся, вспомнив свои мучительные сомнения. Женщина подняла на
него лукавые серые глаза и чуть прикусила губу: - Что рассмешило вас, мой
повелитель? Вместо ответа он прижал ее к себе и зарылся лицом в ароматную
гриву каштановых волос. - Идемте, принцесса... Мы прибыли на Грехэм. Едва
ощутимый толчок, последняя короткая волна вибрации останавливающихся
компрессоров - широко раскинув могучие решетчатые опоры, гигантская туша
линкора замерла на горячем сталепласте космодрома. Дежурная служба открыла
пятый носовой шлюз правого борта и выпустила в морозную тьму широкий
экипажный эскалатор. Вспыхнули прожекторы: в их безжалостном розоватом свете
затанцевали на ветру призрачные струйки пара, клубящиеся над влажными серыми
плитами покрытия - казалось, древние духи степи слетелись поглазеть на
невиданное железное чудовище, нарушившее их покой своим ревом и светом.
Придерживая рукой норовящую улететь широкополую черную шляпу - похожую на ту,
что любил носить в молодости его отец, - Роберт встал на верхнюю ступеньку
эскалатора и посмотрел вниз. Под ближайшей к трапу носовой опорой едва слышно
гудел мощный двигатель роскошного коптера с эмблемой "Лука Юниверсал" на боку