"Пума" коснулась грунта столь мягко, что толчок вышел почти неощутимым. Над
головами столпившихся в коридоре людей гулко загрохотали башни ближнего боя,
выдвинутые перед самой посадкой. Грохот сливался с нудным завыванием
редукторов поворота, и в этой какофонии можно было сойти с ума: от
непереносимого шума не спасали даже задраенные боевые шлемы, он, казалось,
пронизывал все тело, норовя разодрать его в клочья. Баркхорн дал команду на
прекращение огня тогда, когда Ариф уже хотел вызывать его по внутреннему
каналу. Обе двери шлюза ушли в свои пазы, и Кириакис прыгнул вперед, забыв
захлопнуть забрало шлема. В лицо ему ударило пламя. Вокруг корабля горело
все, что могло гореть: зеленые прежде холмы, отделявшие пустырь от цехов,
полыхали сваленными на них пластиковыми болванками - вывороченная огненным
бешенством земля перемешалась с кипящей темной массой, и все это было объято
ревущим, тонущим в жирном черном дыму пламенем. Ариф загерметизировал
снаряжение, превратив его в подобие боевого скафандра, и бегло огляделся.
Люди не нуждались в его командах - в наушниках металась холодная скороговорка
Роберта:
- В обход справа, туда, где нет огня! Арьергард, держим прикрытие!.. Их
было человек двадцать, и они мчались вслед за Робертом, огибая крайний справа
холм, на котором гореть было нечему. Двое самых рослых, несшие в руках
продолговатый контейнер заряда, бежали в середине колонны, замкнутые в
традиционный четырехугольник охранения. Первые противники встретились на
спуске с развороченного холма: над плоскими крышами длинных, стоящих в ряд
строений, заговорили решетчатые башни с лазерами. Нападавшие были к этому
готовы. Укрывшись в лощине, Ариф вскинул свой тяжелый четырехствольный "нокк"
и выдернул из казенника плоскую рамку прицела. На секунду ему показалось, что
вращающаяся на верхней площадке конструкция слишком уж массивна и не похожа
на известные стационары, но задумываться над этим было некогда, он загнал
сверкающий белый глаз в перекрестье и нажал на спуск. "Нокк", выставленный на
стрельбу всеми стволами сразу, исторг гремящий фонтан голубоватого пламени, и
лазер на башне вспух пронзительным шаром взрыва. Ариф развернулся, целясь в
следующую башню, но выстрелить не успел - она уже падала, исковерканная
ураганным огнем залегших по ямам и лощинам людей.
- Внимание! - выкрикнул Роберт. - Живая сила противника на двух часах! На
двух часах! Ариф повернулся, привстал на одно колено, его большой палец
скользнул по казеннику, переводя излучатель на последовательную стрельбу, а
нижняя челюсть привычно нащупала в шлеме сенсор поиска противника.
Электроника тотчас прорисовала алым несколько десятков полуодетых фигурок,
бегущих от корпусов. Стволы заговорили по кругу, и они начали исчезать одна
за другой, теряясь в шквале возникшего на их пути пламени.
- Ара, прикрой сзади! - крикнул Роберт. Прикрывать сзади было не от кого,
скорее уж с флангов. Вместе с Арифом посреди дымящихся ям остались еще два
человека, остальные рванулись вперед. Они резво забежали в центральный -
насколько можно было понять - корпус, и несколько минут Ариф слышал только
изумленные восклицания солдат и неразборчивую ругань Роберта. Он
забеспокоился... и тут в уши резанул отчаянный крик:
- Их тут тысячи, милорд! Тысячи!!! - и резкая, беспорядочная стрельба.
- Оставаться здесь! - крикнул Ариф своим людям, срываясь с места. Под
высоким потолком огромного корпуса метались голубые молнии выстрелов. Метрах
" сорока от входа начинались какие-то темные, похоже, зачехленные сооружения,
и между ними судорожно метались фигурки людей в имперских комбинезонах,
совершенно неразличимые невооруженным взглядом из-за мимикрии снаряжения.
- Роббо, что у вас? - спросил Ариф, подбегая к Роберту, укрывшемуся за
углом прикрытого тканью агрегата.
- А ты посмотри и послушай, - посоветовал тот. - Я не могу понять, что все
это значит... Ариф опасливо высунулся в проход. Сперва он просто ничего не
понял: все их люди уже не метались по корпусу, а стояли или лежали,
укрывшись, как и их командир, за странными зачехленными агрегатами, и
безостановочно палили в глубь помещения. Присмотревшись - тьма не была ему
помехой, - Ариф не поверил своим глазам. Прямо перед ним, буквально в
нескольких метрах от его лица, тяжко шевелилась, плоская белыми огнями
выстрелов, какая-то темная неоднородная масса. Через секунду он понял - то
были люди, тысячи обнаженных людей, мужчин и женщин, многие были с оружием.
Передние ряды уже давно превратились в омерзительное пережаренное месиво, и
уцелевшие, казалось, плясали на бруствере из трупов своих товарищей - раз за
разом выметаемые убийственным огнем залегших по укрытиям солдат.
- Да они все под кайфом! - понял Ариф и почувствовал, как по спине ползет
волна липкого пота, вызванного ужасом и отвращением.
- Безусловно, - согласился Роберт с каким-то непонятным равнодушием. - Вся
беда в том, что через десять минут у нас выйдут боеприпасы. Проклятье, тут
нужен танк, и не один!
- Закладываем бомбу прямо здесь, - решил Ариф, - и давай сматываться.
Дальше мы явно не пройдем, мы и так уже влипли. Тебе не кажется, что эти