Развернувшись, священник вышел из комнаты и пошел прочь. Все мировоззрение Элисс трещало по швам: с самого раннего детства она каждый день слышала, что все взрослые люди – лишь тела, не имеющие души. А теперь, оказывается, существуют какие-то подпольные организации, и идет самая настоящая партизанская война. Вдруг поблизости раздался грохот, и священник побежал обратно к комнате. Его недавний собеседник лежал на полу с отрубленной головой, из шеи сочилась черная, как смола, кровь. Палач, явно демонстрируя разумность, с узником на плече мчался по коридору к окну. Церковник начал читать заклинание: его слова неслись вдогонку, словно серый дым, из рук вырвались две струи пламени, но палач успел пробить своим телом деревянные ставни и вместе с пленником вывалился наружу. Когда священник подбежал к окну, было уже поздно. Окружающий башню ров, заполненный водой, был пуст. Узники скрылись.
От бешеной вспышки гнева, затопившей сознание, Элисс проснулась. Пытаясь отдышаться, она резко села на своей кровати. Уверенности в том, что это просто сон, не было. Все было слишком реальным – разве такое может случайно присниться? Она никогда особо не отличалась смелостью, но сейчас чувствовала, что больше всего на свете хочет хоть как-нибудь помочь людям в этой войне. Они называли их «вернувшиеся», значит, Ад и Рай не навсегда. Элисс решила во чтобы то ни стало найти способ вернуться на Землю.
Анализируя события, девушка вспомнила: вчера перед тем, как открыть дверь, она спрятала зеркало под подушку. Может быть, странный сон пришел к ней именно благодаря этому предмету? Элисс взяла находку и, снова начав пристально ее рассматривать, от неожиданности вскрикнула. Вместо собственного отражения на Элисс из зеркала смотрел бледный длинноволосый парень. От потрясения руки разжались, и зеркало упало на одеяло. Как только оно потеряло контакт с рукой, изображение молодого человека исчезло. Выругавшись, Элисс снова взяла зеркальце. Некоторое время они просто смотрели друг на друга, пытаясь понять, реально ли то, что сейчас происходит. Наконец парень улыбнулся и нарушил тишину.
На мгновение я подумал, что пытки не прошли бесследно для разума. Из зеркала на меня смотрела девушка, но это продолжалось лишь миг, спустя который вместо симпатичного женского личика я снова наблюдал свое измученное отражение. Показалось? А ведь на несколько секунд я поверил, что мне не придется провести сотню лет в одиночестве. Но спустя мгновение галлюцинация вернулась, и теперь смотрела на меня со смесью страха, удивления и любопытства. Кажется, надо что-то сказать, начать диалог, но слова отказываются приходить в голову. Все, что я могу – просто смотреть на нее. В эти бесконечно долгие минуты мне показалось, что бежать с кулаками на тень – более простое занятие, чем выдавить из себя хотя бы словечко.
– Привет, я Амадео, – хм, вот я уже и с зеркалом разговариваю. – Может быть, познакомимся, если ты не против?
Господи, что я несу, почему я говорю с ней так, будто подошел в парке возле монастыря, а не увидел в зеркале, потерянном тенью?
– Я Элисс, – смущенно произнесла девушка. – Я не против… а ты кто? Почему я вижу тебя в зеркале?
– Мне тоже хотелось бы это знать, – ее волнение каким-то образом придало мне уверенности. Теперь я почти точно знаю, что с тенями она никак не связана. – А где ты нашла это зеркало?