Коридор наполнялся криками, некоторые, закрыв лицо руками, лежа рыдали, другие смотрели на меня со смесью страха и ненависти. Я ожидал благодарности, радости, чего угодно, но не этого. Они видели во мне убийцу, а не своего спасителя.
– Амадео! – раздался из дальнего конца коридора измученный голос.
Повернув голову на крик, я увидел Ренато. В отличие от остальных здешних обитателей, он был полностью скован мрамором, нетронутой осталась только голова. В мраморе виднелись рукоятки кинжалов.
Добежав до этой живой статуи, я первым делом, стараясь быть как можно более аккуратным, разбил камень. Оказавшись на свободе, Ренато упал на колени, а затем осторожно прислонился спиной к стене.
– Спасибо. Если бы кинжалы проторчали во мне еще несколько часов, я сошел бы с ума, – тяжело дыша, сказал мой единственный в этом месте приятель.
– Что тут происходило после моего заточения? Ты все это время сопротивлялся? – парень определенно вызывал у меня уважение.
– После того, как они засунули тебя в комнату, нас пытали сорок минут. Тень была очень зла. Затем пару дней повторялись пытки с хлыстом. А дальше началось унижение, она заставляла нас вылизывать полы, целовать ноги этому толстому мальчику. Я пытался сопротивляться, но иногда уставал от наказаний и просто делал то, что она приказывает, – он стыдливо опустил взгляд к полу.
– Зато ты не сломался! Никто бы не выдержал ежедневной боли. В этом нет ничего постыдного, – мне хочется как-нибудь ободрить его, в отличие от меня, этого парня не ждет самая милая девушка Рая.
Ренато пытливо посмотрел на меня.
– Сам ведь знаешь, что это неправда. Стыдно целовать тени ноги, стыдно идти у нее на поводу и лупить хлыстом своих товарищей. Лучше, пока есть время, расскажи, как у тебя получилось выбить дверь и убить тень? – Ренато смотрел на меня как на волшебника или мессию, даже стало немного неловко.
– Ты дух, надо учиться бить эмоциями, чувствами. Физическая сила тут не важна. Научись очищать голову от любых посторонних дум и концентрировать эмоции в руках, ногах, голове.
Ренато внимательно меня слушал, и сравнительно быстро у меня получилось примерно объяснить, как входить в медитативное состояние. Почему-то я уверен, что этот парень будет упорно тренироваться, и у него все обязательно получится.
– Ты убил повелителя! – позади меня раздался отчаянный вопль.
Обернувшись, я увидел старика – он подобрал с земли один из кинжалов и уже замахивался для удара.
Реакция сработала мгновенно: прямой удар попал ему точно в грудь, деда отшвырнуло к противоположной стене. Спустя секунду я уже слышал его тихий плач.
Я глянул на это жалкое зрелище, и меня осенило.
– Идем быстрее!
Я помог Ренато подняться и быстрым шагом направился к лежащей на полу тени. Надеюсь, что моя догадка окажется верной. Нагнувшись, я с омерзением полез в ее карман.
Да! Вот оно. В руках еще одно зеркало – близнец моего.
– Спрячь это у себя в комнате, – быстро зашептал я, – никому его не показывай. Когда вас снова переведут в общий коридор, возьми зеркало в руки. До тех пор не трогай. Из комнаты могут выдернуть в любой момент. Все понял?
Ответом Ренато стали быстрые кивки головой.
– Хорошо, теперь иди к остальным, чтобы не привлекать к себе внимание.
Возвращаться к себе в комнату было бы глупо. Я приготовился встретиться с тенями лицом к лицу и попытаться их победить. Одну мне уже удалось стереть из этого мира, так, может, и с остальными разобраться получится?
Я едва успел заметить их появление, а в следующую секунду меня швырнуло к стене. Невозможно даже пошевелить пальцем – они полностью меня обездвижили. По воздуху ко мне медленно плывут четыре темных силуэта. Визг. А я уж начал забывать, каково это. В каждый миллиметр моего тела входит игла, я ощущаю себя тряпичной куклой, набитой стеклом. По всему телу волнами прокатывает страшная пульсация, единственное мое желание – любым способом закончить мучения. Все, что угодно, только бы это прекратилось.
Краем глаза я вижу, как одна из теней впивает когти в голову мальчишки. И почему они так облюбовали именно его тело? Боль прекратилась – какое наслаждение, когда пытка заканчивается и муки моментально проходят. Начинаешь больше ценить нормальное состояние.
Что теперь будет? Неужели я больше никогда не увижу Элисс? Не могу в это поверить даже сейчас, когда четыре тени стоят напротив меня, собираясь мстить за убитого собрата. Не покидает какая-то глупая уверенность, что все обойдется. А если умру? Надеюсь, Ренато потом передаст Элисс, как именно я умер. Черт, я стою на самом пороге гибели, а все мои мысли занимает только она.
– Ты убил своего хозяина, – голос мальчика изменился, теперь он напоминал змеиное шипение.
Тень щелкнула пальцами, и я почувствовал, как внутри, где-то в животе, что-то разорвалось. Будучи полностью обездвиженным, единственное, что я смог сделать – это сдержать крик.
– Ты нарушил приказ, – голос становился все более грозным.
Вновь щелчок пальцев, на этот раз мне показалось, что кто-то вонзил раскаленную кочергу прямо в мое сердце. Сдержаться еще раз не получилось – я по-звериному взвыл.