— Братик Лайт, оставь! — Лайт опустил взгляд на улыбающегося Кано. — Ты как музыкант-гангстер!
— Ну, раз уж даже ты в восторге… — Лайт улыбнулся и по-пижонски сдвинул шляпу чуть набок.
***
Ближе к концу первого учебного дня Лайт понял, что в его группе творится что-то странное. Нет, он, конечно, ожидал, что на них с Кано будут оглядываться первое время, но его не покидало чувство, что что-то пошло не так, как он планировал. Кано послушно называл его братиком, и кроме L об истинном положении вещей никто не знал…
Загадка разрешилась после последней пары, когда к Лайту подошла целая делегация, возглавляемая обворожительной Такадой Киёми.
— Ягами-кун, — ласково обратилась к нему Такада. — Мы знаем о твоей ситуации…
«Откуда, блин?!»
— …И мы скинулись всей группой…
Впоследствии Лайт думал, что в этот момент у него глаза по пропорциям относительно лица наверняка были примерно как у персонажей в манге «Сейлор Мун».
— … от всех нас с искренними…
Лайт принял пухлый конверт забитый мелкими купюрами и с выражением абсолютного шока на лице, заикаясь, поблагодарил:
— С-спасибо, ребята, спасибо огромное, но как вы… секунду. — Лайт опасно сузил глаза, встал из-за парты и громогласно, хорошо поставленным голосом гида позвал: — Рюуга!
Детектив, устроившийся за третьим рядом парт, обернулся, и когда Лайт увидел его довольный, издевательский взгляд, у него отпали последние сомнения в том, чьи руки, а точнее язык, были всему причиной.
— Что ты им наплел?
L начал перечислять, картинно загибая пальцы:
— Что твою бывшую убил Кира, и ты стал отцом-одиночкой; что твой отец выгнал тебя из дома, когда об этом узнал…
— Я сам ушел!
— Неважно, я говорил с твоим отцом на эту тему и примерно представляю, что за обстановка была у вас дома, пока ты не съехал… — Он загнул третий палец. — Еще что у тебя из-за университета начались проблемы с работой, что на аванс за квартиру на следующий месяц тебе не хватает, и что ты давно обещаешь, но так и не можешь купить бедному ребенку Плей Стейшн-3…
В этот момент Кано подал голос со своего места и назидательно сказал, очень похоже копируя Лайта:
— Плей Стейшн — плохое слово, говори «розовый пони»!
Откуда-то уже слышалось тихое хихиканье. Лайт неотвратимо краснел.
— Так как, я ничего не упустил? — невинно поинтересовался L.
Лайт видел, что выхода действительно не было, если только уж совсем нагло не соврать, так что он устало опустился на скамью.
Ситуацию разрядил Сано Сейдзи, бабник, гитарист и раздолбай, явно попавший в Тодай только благодаря крупным пожертвованиям своих родителей-магнатов в фонд университета. Он по-свойски хлопнул Лайта по спине и весело выдал:
— Что, Ягами, трудно быть альфа-самцом, когда ты нищеброд?
И что на это скажешь?..
***
— Знаешь, кто ты после этого? — спросил Лайт у детектива, усаживая Кано на свой служебный мопед.
— М?
— Позорная баба.
L ехидно улыбнулся. Видимо, он нечасто это делал, потому что такое выражение на его лице смотрелось дико.
— Да-да, Лайт-кун, можешь не благодарить. Кстати, тебе тут передали… — Он двумя пальцами поднял пакет, в котором обнаружился одноразовый контейнер с паровыми пельмешками. — Еще там были пончики, но я их уже употребил.
Лайт с открытым ртом наблюдал, как L скрывается в лимузине, а затем с остервенением сунул пакет в багажник и завел мотор.
— Держись крепче, — бросил он через плечо и сквозь зубы прорычал: — Я убью эту скотину.
***
Как бы Лайт ни хотел убить L, подаренная шляпа ему нравилась. Ее было очень удобно сдвигать на глаза, так чтобы солнце не слепило, и спать. В туристическом автобусе, когда они ссаживали клиентов и возвращались на стоянку, или на лекциях, например. Правда, теперь ему предстояло узнать, что Кано разрисовал его тест по римскому праву, пока Лайт преспокойно спал (а что делать, если он систематически писал работы в два раза быстрее остальных), но это были всего лишь детали.
И была у шляпы еще одна полезная функция, которую уже пытался продемонстрировать L. Сначала Лайту это казалось унизительным, но…
В пятницу, когда отменили семинар по философии, вся группа высыпала в сквер, прогуляться, и Лайт с Кано, так уж получилось, оказался неподалеку от Сейдзи, который как раз расчехлял гитару с целью что-нибудь «жахнуть».
L, который, как подозревал Лайт, пытался поймать его на чем-нибудь, свойственном Кире, тоже был рядом и «развращал» Кано шоколадками.
— Знаешь, Лайт-кун, нам с тобой надо как-нибудь оккупировать теннисный корт.
Лайт посадил Кано слева от себя, чтобы детектив больше не мог сунуть мальчику под нос коробку со сладким, выдал сыну приставку и ответил:
— Не получится, я продал все ракетки, мячи и форму.
L удивленно поднял бровь.
— Ты так говоришь, будто на этом можно заработать.
— Да запросто, — самодовольно ответил Лайт. — Если подделать на них подпись Серены Уильямс и выставить на eBay в режиме аукциона…
— А ты, Ягами, оказывается, тот еще мерзавец.
Рядом Сейдзи, кажется, принял решение, и, наиграв смутно знакомую Лайту мелодию, зычно пропел:
— Fuck what I said…
…и его старая знакомая по фамилии Мацуяма зажала ему рот со словами: