Опираясь на палку одной рукой, другой пытаясь поймать попутку, Алёша ковылял вдоль трассы, и ему казалось, что все видели громадную дыру в груди, пробитую гаубицей последних событий. Никто не торопился подбирать взъерошенного парня с палкой в руке, в футболке с растёкшимися пятнами пота. Но Алёша хромал дальше, не опуская руку. Наконец, послышался шум тормозов. Алёша обернулся. Из старого белого фургона донёсся бунтарский голос вокалистки, перекрывающий запил гитар и грохот ударников. В окне появилась голова парня с длинными замусоленными дредами:
– Хай!
Алёша поинтересовался:
– Что играет?
– Парамор. Песня новая. Нравится?
– Прикольная.
– Ага, меня ваще прёт. А тебе куда, чувак?
Алёша пожал плечами:
– Да куда-нибудь… отсюда.
– Наш чел, – ухмыльнулся парень и махнул рукой: – Запрыгивай.
Перед Алёшей открылась задняя дверь, и он забрался в салон. Там уже сидело человек шесть приблизительно его возраста. Все яркие, необычные: кто с длинными волосами, кто с дредами и косичками, с серьгами и татуировками.
– Давай сюда, – подвинулась худенькая девчонка лет семнадцати с кричаще красными волосами и кольцом в носу.
– Спасибо, – пробормотал Алёша, пристраиваясь на край сиденья.
– Я – Дарт. А тебя как величать? – спросил парень с дредами, протягивая с переднего сиденья пятерню.
– Алекс, – неожиданно для себя ляпнул Алёша.
– А я Лиса, – подмигнула красноволосая.
– Кэт, Майк, – тянулись к Алёше руки.
Улыбающиеся лица принадлежали к какой-то совсем другой, неизвестной ему расе: счастливых и безбашенных людей.
– За рулем – Шаман, – кивнул в сторону водителя Дарт, и сидящий рядом с ним крупный парень в бейсболке, не оборачиваясь, приветственно помахал рукой.
– Очень приятно, – сказал Алёша.
– Слышь, а как из города выехать? Мы уже запарились кружить, – признался Дарт.
– Я не местный, но это не проблема, – сказал Алёша и достал смартфон: – Сейчас найдём. В какую сторону?
– К Чёрному морю.
Алёша вывел на экран карту «Гугл» и отдал телефон Дарту.
– О, супер, чувак! – обрадовался тот и ткнул экран под нос Шаману: – Вот, глянь. И навигатора не надо!
– Пить хочешь? – словно угадывая мысли Алёши, спросила Лиса, протягивая бутылку.
– Спасибо. – Алёша впился в горлышко, жадно глотая тёплую воду.
Рука Лисы с бутербродом уже замаячила перед его носом:
– На!
– Лисе главное, чтобы никого голодного рядом не было, – хмыкнул патлатый и носатый Майк.
Пока Алёша жадно поглощал бутерброд, а потом второй, никто на него не таращился, словно подбирать голодных бродяг на дороге было для этого народа нормальным явлением. Кто-то смотрел в окно, кто-то потягивал из жестяной банки коктейль, кто-то подпевал «Донт ворри, би хэппи» такому же тащённому Бобу Марли. И Алёша начал расслабляться. Он обернулся назад и обомлел: там стояли кофры с музыкальными инструментами, барабанная установка, завёрнутый в одеяло микшерный пульт.
– Вы музыканты? – спросил Алёша, не веря своим глазам.
– Ага, – кивнул Майк. – На море едем. Бабла срубить.
«Благодарю тебя, Господи!» – Алёша вознёс глаза к небу.
– Ты чё, молишься? – хмыкнул Дарт.
– Да, – кивнул Алёша. – Благодарю.
– Прикольно, – заметила длинноногая Кэт, с любопытством рассматривая попутчика. Она была красивой и явно знала это. Из-под цветастой банданы две каштановые косы спускались на грудь, выпирающую из чёрной маечки. Кэт была увешана множеством украшений и фенечек: на груди, на запястьях, на щиколотках. Потянувшись, Кэт спросила:
– А ты сам чем занимаешься, когда не ездишь автостопом?
– Пою, – просто ответил Алёша.
– Да ладно! – удивился Майк. – А сбацай чё-нить.
– А можно ещё воды? В горле пересохло, – смутился Алёша. Ему снова протянули пластиковую бутылку.
– Ну, давай, – развернулся с переднего кресла в салон Дарт, выключив музыку.
Алёша закусил губу, соображая, что лучше спеть такой компании. Что-нибудь ро́ковое, наверное. Он завернул пробку бутылки, и пальцами начал отстукивать ритм по пластику. Закрыв глаза, Алёша негромко начал:
Когда Алёша закончил петь, он удивился, заметив, что машина не едет, а все без слов пялятся на него. Даже Шаман в круглых солнечных очках повернулся с кресла водителя. В наступившей тишине раздались хлопки его больших ладоней, и со всех сторон заговорили:
– Клёво! Супер! Во, чел! Масло! Будешь петь с нами?
И Шаман, приподняв очки, сказал:
– Только слышь, Алекс, больше такие рулады во всю глотку не выдавай, когда я машину веду. Мы чуть под «КамАЗ» не въехали…
Концерт начался позже, намного позже – то ли оттого, что были неполадки у техников, то ли потому, что кто-то из местных заправил попросил задержать начало.
