Без права голоса полностью

Оказалось, что в тот день Рустама оповестили, что его то ли невеста, то ли просто возлюбленная успела выйти замуж за другого, пока он плавал. Уточнить информацию мне так и не удалось, поскольку тем же днем парень сошел с корабля. Будучи весьма спокойным и уверенным в положительном исходе любой затруднительной ситуации, Рустам неожиданно для меня оказался в одном шаге от совершения непоправимого. Вот уж, правда говорят «В тихом омуте черти водятся», и наш грузинский ассистент повара стал живым тому доказательством.

Вообще, попав на судно, каждый в какой-то мере немного сходил с ума. Быть может, атмосфера перманентного праздника подталкивала людей совершать глупые, опрометчивые, а порой даже абсолютно бессмысленные поступки. К сожалению, я тоже не оказался исключением. Пройдя адаптацию и исследовав, так сказать, местный рынок, у меня завязался роман с одной из официанток. Веселая, добрая, общительная, а главное простая Крати была на девять лет меня моложе. Мне нравилось убивать с ней время, нам никогда не было скучно вместе, и не смотря на это, я понимал, что все несерьезно, по крайней мере таковым было мое отношение к ней. Через некоторое время, окончательно устав от пустоты и бесперспективности данной связи, у меня состоялся напряженный разговор с Крати о нашем разрыве и «возможностью остаться друзьями», как это обычно предлагается, но никогда не реализовывается. Крати раздосадовано плакала и проклинала меня, я же в свою очередь, как более опытный в любовных делах, понимал, что ей просто нужно время. Однако несколько дней спустя, прибирая одну из многих выделенных мне в смену кают, мое мнение кардинально поменялось. Как я понял по многочисленным исписанным черновикам, разбросанным по столу, кровати и полу, в той каюте проживал начинающий, а, быть может, уже известный в определенных кругах, писатель. Блестящие туфли на высоких каблуках, стоящие у входной двери, позволили мне судить, что это была женщина. Окончательно заскучав от монотонности своей грязной работы, я не удержался и заглянул в ее рукописи. У автора был мелкий почерк, и мне то и дело приходилось щуриться. Будучи абсолютно безразличным к чтению и редко видящий какой-либо текст, по какой-то непонятной мне причине я умудрился запомнить кое-что из прочитанного. При чем некоторые отрывки так сильно впились мне в память, что я смог пронести их через годы и не растерять. Из самого яркого было следующее:

«Депрессия — это когда ты начинаешь горько плакать над фильмом с Луи де Фюнесом в главной роли.

Депрессия — это когда даже эксгибиционист от твоего унылого взгляда не получает желаемого результата.

Депрессия — это когда ты боишься убить мошку, задумываясь над тем, есть ли у нее родственники, которые будут по ней скучать.

Депрессия — это когда с каждой последующей рюмкой ты понимаешь, что до нее было как-то лучше.

Депрессия — это когда заняться вроде нечем, а на фильмы и книги времени нет.

Депрессия — это когда в зеркало смотреть противно, а спорт тебя утомляет.

Депрессия — это когда ты уже еле влезаешь в свое любимое платье, а все равно то и дело хлопаешь дверцей холодильника.

Депрессия — это когда новости о чьих-то помолвках и беременностях воспринимаются как очередной проигрыш в номинации Оскар за лучшую женскую роль.

Депрессия — это когда ты не отвечаешь на телефонные звонки, а сама думаешь, что все как назло бросают тебя в такой неподходящий момент.

Депрессия — это когда тебе хочется пообщаться по душам с последним вонючим бродягой, валяющимся пьяным под прогнившим забором.

Депрессия — это когда даже сосед с параллельной улицы сочувствующе одаряет тебя взглядом, а ты твердишь направо и налево, что у тебя все лучше и быть не может…»