— Я же люблю тебя, идиотка, — нежно сказал я спящей на
моих руках девушке и посадил её в такси.
Почему моя жизнь не может быть спокойной?
Реально обдолбанный наркоман, — усмехнулось нутро.
Наверно, так и есть. Но больше никто не помешает мне быть с
ней, и похрен на всё. Просто насрать на недоброжелателей.
Я обнимал Лив, а машина спокойно покачивалась, пока не
остановилась у дверей нашего дома.
Расплатившись с таксистом, я поднял её на руки и опять
встретил злой взгляд Дороти.
— Мистер Стайлс, когда же вы успокоитесь? — бурчала она,
идя за мной следом.
— Уже, Дороти, — улыбнулся я. — Нас не беспокоить, пусть
хоть апокалипсис начнётся, — сказал я и ногой захлопнул дверь.
Положив девушку на постель, я осторожно и медленно
раздевал её, не веря своему счастью. Удалось. Моя. Рядом.
Быстро раздевшись, лёг, прижимая к себе свою ванильную
любимую, и снова задохнулся от чувств внутри. Влюблённый
мудак — это диагноз. Мой диагноз.
Заснул, готовя завтрашнюю речь, чтобы уверить её, что я
никогда и ни при каких условиях не хочу расставаться. Главное,
чтобы поверила, рассказала мне всё и будет у нас…А что у нас
будет? Свадьба? Вряд ли. Просто жизнь, без всех. Только она и я.
Без возражений, но без с чёткими правилами…
***
— И как это понимать, мать вашу?! — до одурения громкий
голос заставил меня вздрогнуть во сне, а девушку в моих руках
застонать.
— Блять! Так и знал, что добром это не окончится! Вставайте
быстро, и жду объяснений внизу, — орал Луи, а я накрыл нас с
головой одеялом и продолжил упиваться своим дебилизмом.
Примечания:
*Перевод:
Распоряжайся мной, милая,
Я просто хочу быть твоим.
Глава 38.
But now I am leaving
Everything is actually a mess.
— Так, Лив, хватит! — я отскочил от очередной туфли,
полетевшей в меня.
— Свали отсюда, мудак! Ненавижу тебя! — вопила она,
хватая теперь свою сумку.
— Я же всё объяснил. Да, глупо, Ливи! Но блять…, — я снова
увернулся.
— Объяснил? — возмутилась она, и упёрлась руками в бока.
— Мне пофиг на твои объяснения! Какого хрена ты забрал меня
от Винса?! И что, вообще, ты делаешь тут? Разве вчера я тебе
неясно сказала? Наигралась!
— А вот теперь, слушай сюда, истеричка, — процедил я и
получил по лицу какой-то тряпкой. Но сжав кулаки, быстро
сократил расстояние между нами, и перехватил её руки, уже
готовые бросить в меня очередную вещь. — Ни хрена ты не
устала, ни хрена не надоел. Врёшь! Тебе стало обидно, вот и всё.
Ты даже не выслушала меня! А я, как идиот, бегал за тобой по
всему городу, чтобы спасти тебя. Это тебе ни о чём не говорит,
больная дура? Но ты моя, гребаная дура! Блять, Ливи, я хочу
быть с тобой! Понимаешь? К чёрту всё, буквально всё. Я хочу,
чтобы ты была со мной по-человечески! Ты нужна мне!
Необходима!
Я с силой тряхнул её, а она потрясенно смотрела на меня,
моргая.
— Почему? — прищурив глаза, спросила она.
— Что почему? — устало произнёс я.
— Почему ты хочешь быть со мной? Не натрахался? Или
никто не даёт? — и снова борьба, я держал, а она пыталась
вырваться.
— Потому что…потому что…, — почему мне так сложно это
произнести? Страх. Боялся, до идиотизма и спазмов в животе
боялся быть отвергнутым.
— Когда сможешь ответить, тогда я послушаю тебя, урод, —
прошипела она и вырвала свои руки из моих.
— Я люблю тебя, — выдохнул я, и замер.
— Что? — переспросила она и подошла ближе, заглядывая в
глаза.
— Я люблю тебя, — повторил я, смотря уверенно в её глаза.
Страх исчез, и только стальная сила внутри.
— Это сейчас так называется слово потрахаться, —
усмехнулась она. — Напиши письмо, может, тогда поверю.
— Лив, — кислорода перестало хватать в груди. — Лив, я,
правда, по-моему, попал.
— Ещё бы, заврался ты, Стайлс, — она обошла меня и
подхватила халат.
— Что мне на лбу вытатуировать это? — разозлился я и
схватил её за руку, потащил за собой, выводя в центр между
лестниц.
— Оливия Престон, я, мать твою, люблю тебя! — во всю
глотку закричал я, а она остановилась в шоке.
— Гарри, — прошептала девушка и улыбнулась.
— А теперь ещё раз, Гарри, чтобы все услышали и за
пределами Лондона, — холодный голос снизу, заставил
зажмуриться и повернуть голову.
— Вы дома, — констатировал я факт, стоявших внизу мамы,
Хью, и, едва не лопнувшего от смеха, Луи.
— Оливия, что тут происходит? — зло спросил Хью.
— Эм…мы репетируем, — тут же ответила Лив.
— И что же вы это репетируете? Голые? — губы Хью
побелели от гнева.
— Не голые, я в халате. А Гарри... это его обычное состояние.
Хм, ну тут такая история. Гарри поспорил с Найлом, что я
влюблюсь в него. А я поспорила с Реджи и Кори, что он влюбится
в меня. В общем, мы решили, что поможем друг другу выиграть,
— я смотрел на неё во все глаза, пока девушка спокойно
рассказывала эти небылицы.
Я старался не раскрыть рот от этого нового открытия. Ни
один мускул не дрогнул, голос оставался ровным и равнодушным.
Получается, и со мной играла так красиво? Значит, все слова
о том, что безразличен, могли быть ложью? И как теперь понять
мне её, раз она настолько умелая хитрая лиса?
