Ревность и личное обладание встали на первое место, и я уже
была захвачена этими паразитами, встав с постели и подойдя к
Гарри, я резко притянула его к себе и впилась губами в его губы,
отчего мужчина опешил, а затем улыбнулся.
— Ревнивая кошка, — прошептал он, обнимая меня. По его
лицу я поняла, что он был доволен итогом, явно специально
демонстрируя мне свои ямочки и игривый блеск глаз.
— Кобель, — пожурила я его и отстранилась.
Бросив взгляд на девушек, которые шушукались между собой,
продолжая искоса смотреть на моего мужчину, я решила, что ещё
не все точки расставлены над i, и громко произнесла:
— Гарри, позвони домой, узнай, как там твой сын, и я уверена
этой ночью, мы точно сделали ему сестрёнку.
Довольная реакцией горничных и, едва сдерживаемого от
смеха, Гарри, я хлопнула его по попе и, подмигнув, скрылась в
ванне, чтобы переодеться.
Да и плевать, что я веду себя как ревнивая особь. Но никто не
имеет права пялиться на моего мужчину. Я добивалась этого уйму
лет, и так просто не выпущу из рук этого самца. О нет, я ещё
сильнее привяжу его. И тогда я буду жить в той сказке, которую
планировала с самого детства.
Быстро переодевшись в подсохшую вчерашнюю одежду, я
вышла из ванны, найдя Гарри, вальяжно раскинувшимся на полу, около столика.
— Отличное представление, малышка, — усмехнулся он,
заметив меня.
— Всегда, пожалуйста, — улыбнулась я и села напротив него.
— Ливи, ты должна знать, что я не буду изменять…
— Гарри, расслабься, мне самой нравится такая драма, —
перебила я его и взяла тост с общей тарелки. — Выражение лица
после такого просто незабываемое. Как в принципе и твоё.
— Я люблю тебя, выдуманная мать моих детей, — рассмеялся
он, подхватывая пальцами тост и обмакивая его в малиновый
джем.
— Я должна поехать домой, — решительно начала я, а Гарри
замер и нахмурился.
— Лив, мне кажется, мы все решили. Ты будешь со мной, —
мужчина напрягся и отложил еду.
— Гарри, а как же условие моего отца, — напомнила я ему, и
внутри все перевернулось от отвращения, что аппетит пропал.
— Блять, — процедил он. — Я забыл. Но если ты скажешь,
что будешь жить у Лиама…
— Он знает, что и ты живёшь там, — перебила я его.
— Ладно, мисс умница, что ты предлагаешь? — недовольно
спросил он и сложил руки на груди.
Сейчас он выглядел не двадцатишестилетним молодым
мужчиной, а пятнадцатилетним подростком, которому мама не
купила велосипед.
— Мистер медведь, не хмурься, — улыбнулась я, на что
получила совсем противоположный эффект, Гарри сжал губы и
опустил голову. — Гарри, я не скажу ничего нового, это ты мне
предложил ночью в твоём пьяном дурмане. Мы будем проводить
вместе столько времени, сколько возможно, но для всех мы
должны относиться друг к другу с безразличием. Даже для твоих
друзей, ведь кто-то может проболтаться, и тогда свадьбы не
будет. А Патриция этого не заслужила.
выжидающе посмотрела на Гарри, который поднял голову и
ожидал продолжения.
— Нам нужна ширма, тебе девушка, а мне Винс…
— Ни хрена я не согласен,— перебил он меня и помотал
головой.
— Тогда мы не придём к решению, — пожала я плечами и
взяла чайник, разливая ему и мне чай.
— Блять, Ливи, я ненавижу твоего Винса, и я…нет. Я не
согласен. Ты пошлёшь его к чёрту, а если ты этого не сделаешь,
тогда я…
— Гарри, — ласково позвала я его, и поднялась, огибая стол,
опускаясь рядом с ним. — Посмотри на меня.
Он нехотя повернул голову, цокнув языком.
— С Винсем у меня ничего не было и не будет, потому что как
бы это было не прискорбно, но я сплю только с тобой. Подожди,
— прервала я его новую тираду, а зелёный свет его глаз зло
сверкнул. — Теперь подумай сам, я буду говорить, что у него, а
на самом деле буду с тобой каждую ночь, хотя ты отказался от
секса. Не суть. В общем, Винс — это наше всё, благодаря ему я
смогу спокойно, без выноса мозга проводить время с тобой.
— Никаких поцелуев, — он загнул один палец, а я улыбнулась
своей победе. — Никаких обжиманий, — он продолжил своё
занятие, и я кивнула. — Никаких поездок к нему домой.
— Никаких чувств, никаких ласковых слов, никаких улыбок,
а лучше, если ты, вообще, станешь немой и слепой, — уже
быстрее начал он, пока я не расхохоталась.
— Какой ты добрый, малыш Гарри, — я обняла его за шею и
придвинулась ближе, смотря в глаза, от которых переставала
дышать сколько себя помню.
— А ты злая и мстительная, но моя, — улыбнулся он, проводя
рукой по моей щеке. — Тогда сделаем так, мы сейчас завтракаем,
я оставлю номер на всякий случай, потом я отвезу тебя домой, и
через пару часов вернусь.
— Согласна, — кивнула я. — Покормишь?
— Не буди во мне кобеля, малышка, я держусь, —
прищурившись, ответил он.
— Надолго ли тебя хватит? — усмехнулась я.
— Я не трахну тебя до тех пор, пока ты не поверишь, что я
действительно тебя люблю, — серьёзно ответил он.
— Мученик-Гарри, ты прям святой, может, не поздно пойти
проповедовать? — я отстранилась от него и вернулась на своё
место.
