вещей, ночевала в отеле, — объяснила я.
— Мда, видно, это была серьёзная ссора, — подытожил он.
— Да, но сейчас вроде все нормально, и тебя приглашают
сегодня на семейный ужин к нам, — вздохнула я.
— Меня? — удивился он.
— Ты же мой парень, — усмехнулась я. — Конечно, если ты
против, то я так и передам…
— Нет, я приеду, — перебил он меня. — Оливия, ты назвала
меня своим парнем? Я не ослышался?
— Всё верно, — подтвердила я, а сердце кольнуло от этой
лжи. — И если что, то я была с тобой все время. Не хочу, чтобы
мы снова поругались с папой.
— Там был он? — зло спросил Винс.
— Кто он? — я сделала вид, что не поняла его.
— Твой брат. Гарри, — я даже через телефонную связь
ощущала, как он раздражён.
— Нет, конечно, зачем ему надо было быть там? — спросила
я.
— Он звонил мне, спрашивал, где ты, я сказал, что со мной.
Оливия, если ты играешь со мной, только чтобы этот урод не
имел проблем с законом…
— Да прекрати, Винс, — оборвала я его. — А если я скажу,
что хочу выйти за тебя замуж, то есть обдумываю это, ты
успокоишься? Гарри был моей прошлой любовью, а точнее,
каким-то увлечением, и всё.
— Правда? — с сомнением спросил он.
— Да, — передёрнула я плечами. — Расслабился?
— Не совсем, — усмехнулся Винс. — Во сколько ужин?
— В восемь, — ответила я облегчённо.
— Хорошо, красавица моя, я буду, — сказал он, и я закрыла
глаза.
— Тогда до вечера, — я сбросила звонок, пока не началась
новая волна ревности.
Я посмотрела на телефон и отбросила его на постель.
Господи, да почему все так сложно? Почему я чувствую себя
настолько грязной, как будто меня мариновали в земле? Даже
привкус ощущается на языке.
А что будет после? Я даже себе доверять не могу. Вдруг
сорвусь? Ведь у меня теперь столько врагов: Кристалл, отец,
Винс. Захотелось спрятаться и больше никуда не выходить. Но
это было глупо. Вот чем отличается детство от взрослой жизни,
тебе приходится отвечать за каждое сказанное тобою слово и
принятое решение.
Мотнув головой, я решила огородиться от мыслей и встала,
направляясь к шкафу, уже обдумывая, чтобы надеть.
Я собиралась на это свидание ещё хаотичнее, чем в ресторан.
Перемерив кучу всего, я натянула джинсы, блузку и подхватила
кардиган с сумкой. Быть самой собой с Гарри — вот моё
решение. Никакого притворства. С ним можно было
расслабиться, потому что он, я надеялась, любил меня такой,
какая я есть. А не красивую упаковку с хорошими связями.
Ровно через два часа я вышла за ворота и огляделась, не
заметив машины Гарри, я нахмурилась. Но через несколько
секунд передо мной остановилась чёрная спортивная ауди, и
стекло опустилось. Я уже была готова сказать всё, что думаю о
нахале, желавшему подцепить меня, как проститутку. Пока не
услышала знакомый низкий голос:
— Малышка, у тебя слишком прозрачная блузка.
Я закатила глаза и улыбнулась, открывая дверь машины, и
плюхаясь на сидение. Да это был Гарри, в красном поло и чёрных
джинсах, с блеском глазах и широкой улыбкой. И как можно не
любить его? Такого невероятного и желанного?
Его любили миллионы женщин, — напомнило нутро, но я
отмахнулась от этого замечания. Ведь важно то, что он тут со
мной. Правда?
— А почему ты не на мерседесе? — спросила я.
— Он разбит, в меня стреляли, и я вписался в столб, —
будничным тоном объяснил он, а я опешила от такого заявления.
Из воспоминаний начало проявляться, что я уже об этом
слышала.
— Господи, — в ужасе прошептала я.
— Ливи, это даже возможно был камень, вот и все. Не о чём
волноваться, — прервал он мои мысли, которые уже показали
кучу вероятных последствий и кровавых выдумок.
— А если…
— Нет, — резко ответил он. — Не думай, не забивай свою
голову ерундой. Пристёгивайся, и мы поедем.
Он не хотел обсуждать это. Но страх уже зародился внутри, и
я ничего не могла с ним поделать. Кто так его может ненавидеть?
Отец. Пришёл ответ, и воздуха стало катастрофически не
хватать. Голова наполнилась грозными высказываниями папы, и я
облизала пересохшие губы. Стараясь не показать своей догадки, я
дрожащими руками пристегнулась и отвернулась.
Гарри молча начал движение, пока я пыталась обуздать холод
внутри. Господи, неужели он решил, что лучше убрать Гарри, из-
за глупой мести? Но…но. Паника внутри нарастала, заставляя
закусить губу, и ощутить во рту привкус крови.
Это же не может быть правдой? Мой отец убийца. И теперь я
должна тщательнее следить за ним, за Гарри и быть крайне
острожной. Да что за Ромео и Джульетта? Это просто
бесчеловечно! Нет, не так, это смешно, до идиотизма смешная
жизнь и её правила!
— Ливи, — подал голос Гарри и остановил машину у
обочины.
Я повернула на него голову и натянула улыбку, не показывая
внутренней борьбы. Не нужно. Лишнее.
— Малышка, хочешь это обсудить? — предложил он, а я
отрицательно мотнула головой.
— Хочу узнать, куда мы едем, — нежно ответила я, чтобы
стереть складку между бровей.
— Скоро узнаешь, — улыбнулся Гарри и вновь выехал на
дорогу.
Я вглядывалась в дома, и отчего-то это вернуло меня в
далёкое прошлое. Вот маленький парк, где гуляют мамы с
колясками, а неподалёку есть площадка для любителей
скейтборда. Гарри с ребятами часто катались, а я, как хвостик,
