Я и не сомневался, что они подслушивали. Но как ответить на вопрос — не представляю. Сил совсем нет, поэтому молчу. Из меня как будто выкачали всю энергию. Устало опускаюсь на край своей постели, напротив стоит двухъярусная кровать Стивена и Саманты, они же обступают меня с двух сторон, на лицах читается волнение.
— Мы тебя ему не отдадим! — брат опускается на пол напротив меня на одно колено, заглядывая в моё лицо.
— Конечно, не отдадим. Будем защищать тебя, чего бы это нам ни стоило, — Саманта горячо поддерживает своего близнеца.
Усмехаюсь и говорю, преодолевая желание расплакаться:
— Что мы можем ему противопоставить? С его связями и деньгами.
— Мы можем уехать, — предложил Стивен. — Вряд ли этот человек поедет тебя искать. Купит своему сыну другого омегу.
Морщусь от неприятного ощущения, что брат говорит о таких, как я, как о вещи.
— У Саманты здесь Истинный, куда она поедет?
— Мы поедем вдвоём: я и ты. Может, в этом путешествии я и встречу свою Истинную любовь, — продолжает настаивать Стивен.
— Так вот что это для тебя — путешествие для поисков Истинного. Да, и что потом после того, как ты найдёшь его или её? Я стану для вас обузой.
— Я совсем не это хотел сказать. Ты никогда не станешь для меня обузой.
— Даже если мы решимся уехать, то надо ехать сейчас, а нам так просто не выйти из дома. Меня его люди сразу поймают.
— Ты думаешь, он приставит человека к нашим дверям?
— Почему нет? — пожимаю плечами. — У него есть возможность это сделать, тем более он прямо сейчас переведёт деньги на родительский счёт.
— Ты можешь вообще больше не выходить на улицу. Совсем, — предложил брат.
— А что, ведь это мысль, — поддержала его Саманта.
— Совсем не выходить на улицу? Я здесь с ума сойду в четырёх стенах, — они не понимают, что такое не иметь возможности свободно передвигаться и быть независимым человеком. — Мне не сбежать и не отсидеться. Родители сейчас подписывают договор о купле-продаже.
— Юридической силы такие договоры всё равно не имеют, — отмахнулась сестра. — Так что по этому поводу не переживай.
— Вы думаете, мистер Джозеф Уилсон всё это так просто оставит? Очень сомневаюсь.
— Кто? — хором спросили близнецы. — Джозеф Уилсон?
— Да. А что такое? Известная личность?
Удивлённо смотрю на них поочерёдно, они обмениваются взглядами друг с другом. Красивые у меня всё-таки брат и сестра. Оба рыжеволосые, голубоглазые, высокие, с широкими плечами. Стивен всегда стрижётся коротко, у Саманты же прическа схожа с моей: волосы чуть выше плеч, чёлку, как и я, не носит и всегда убирает в хвост.
— Ты разве не слышал никогда фамилию Уилсонов? — близнецы переглянулись между собой.
— Вроде слышал, но вспомнить не могу, — растерянно гляжу на них.
— Это они владеют одной из самых крупных корпораций в стране, — начал говорить Стивен. — Я и не думал, что их семья сейчас живёт в нашем городе. Мне казалось, они где-то за границей.
— А вы слышали, что он предложил взамен меня? — осторожно интересуюсь у близнецов.
— Слышали. Деньги.
— Да, а сколько и что ещё он предложил?
— Нет, — призналась Саманта. — Нам не очень хорошо было слышно, мы старались близко не подходить, ведь рядом с дверью стоял отец.
— Он предложил столько, что вам обоим хватит и чтобы выкупить своих омег, и чтобы устроить свадьбу. Обещал приобрести жильё и устроить вас на нормальную работу, — последние слова я говорил сквозь слёзы, прекрасно понимая, что это очень выгодная сделка для моей семьи.
Саманта переглянулась со Стивеном, и я окончательно разревелся. Я плакал, прижав ладони к лицу, понимая безвыходность моего положения. За долгое время посетила мысль: зачем же меня родили? Я — лишний, доставляющий неудобства своей семье, ненужный государству и обществу человек. И только сейчас на этот вопрос есть ответ: именно для этого — для того, чтобы у близнецов было будущее. Именно это изначально планировали родители — и от судьбы не уйдёшь.
***
Утро было поистине осенним — за окном вовсю хлестал дождь. Голова болела. Ночью я плохо спал. Много думал. Ворочался. Переживал. Вчерашний вечер прошёл как в тумане. Мне что-то говорили родители, близнецы, что-то предлагали, успокаивали — я их слышал, но понять слова никак не мог.
Вставать совсем не хотелось. Воскресенье. Мы планировали сходить в кино, но теперь не до него. Медленно сажусь на постели, ставлю босые ступни на пол — приятная прохлада холодит ноги. Поднимаю глаза. Близнецы ещё спят. Стивен на верхней полке, свесил одну руку, лежит на животе, положив голову на край кровати, изо рта бежит слюна. Невольно улыбаюсь, смотря на эту обыденную ситуацию, и тут же начинаю грустить: увижу ли я ещё когда-нибудь брата и сестру?
